Восставшие из Рая

Ведь в нашем, во многом еще отсталом, совковом обществе бытует в корне неверное мнение, что аборт ? это плохо! А рожать уродов ? это хорошо?! ? ухоженное, но немного оплывшее лицо генерального директора пошло красными пятнами. ? И сколько из-за этого чудовищного, прямо таки первобытного, неандертальского мнения искалеченных, поломанных судеб и женщин, и родившихся от них никому не нужных и часто больных детей? А как бедняжек прессуют после сделанного аборта! Ведь даже до психушек доводят! Поэтому, Ниночка, Вы должны защищать таких женщин, помогать им, ограждать от этой толпы, черни, живущей по законам патриархата, ? Лидия Васильевна посмотрела на изящные часики на своей полной руке.

? Все, Ниночка. Извините, на сегодня все. Мне еще надо успеть сделать кучу дел. Увидимся завтра, на конференции.

«Надо более внимательно отнестись к подбору кадров на местах, ? Любовь Владимировна задумчиво смотрела на закрывшуюся за ее собеседницей, председателем пермского отделения фонда планирования семьи, дверь. ? Мало того, что в фонд попадают люди без медицинского образования, а еще и с такой внешностью.

Да каждый, кто увидит эту Нину, сразу подумает: «Занялась этой работой от безысходности, кто из мужчин на такую обратит внимание? Ладно, после конференции вплотную займусь этим вопросом», ? полная женщина тяжело поднялась с кресла, отрешенным взглядом скользнула по столу ? порядок? Любовь Владимировна любила во всем порядок. Идеальный порядок, стерильный, как в операционной, как в …? женщина усилием воли остановила полет своей фантазии, инстинктивно понимая, что это полет в Ад.

Все было как обычно, как она привыкла. Пустой стол, на котором, красиво отсвечивая своей черной, глянцевой поверхностью лежал ее ноутбук. Все. Нет, не все. Этот солнечный зайчик в центре стола. Почему то он раздражал генерального директора Российского Фонда планирования семьи, раздражал до физического ощущения затопления мозга гневной волной. И ничего нельзя было сделать! Ни смахнуть рукой, как соринку, ни прикрыть тем же ноутбуком, ни вырезать скальпелем, ни вырвать щипцами.

У Лидии Васильевны даже пальцы чуть дрогнули, как в молодости, как еще десяток лет назад, когда она входила в операционную и видела очередную свою пациентку, раскоряченную на гинекологическом кресле.

«Что, дуреха, допрыгалась? Порезвилась? Возись теперь тут с тобой, удаляй то, что не нужно ни тебе, ни твоим родным, ни государству. Ненужно никому… кроме меня», ? и пальцы уверенно сжимали ручки щипцов.