Энигма. В плену желаний

Сам Гард потерял сознание, когда еще летел к земле, готовясь к неминуемой смерти.

Внезапно взломщику захотелось бросить лист на произвол судьбы, а самому уйти, куда глаза глядят и благодарить судьбу, за то, что жив остался. Однако, вспомнив таинственный вид нанимателя, его высокую тёмную фигуру, окутанную жутким мраком, вор, всё же, решил закончить начатое, поняв, что вряд ли простой смертный будет нанимать Гардов на столь рискованное дело – обокрасть самих богов.

И снова выхода у Сиагорда, не было, нужно отдать хотя бы один лист от той книги, а об остальных двух просто умолчать, вот только сил у него не оставалось, но, стараясь не обращать вниманье на это, вор снова принялся за работу.

Позабыв о своих обильно кровоточащих ранах, и сильную слабость, вор отыскал в лесу сухую сосновую ветвь.

Обломав от неё мелкие сучки, Сиагорд стал наматывать на полученную палку лист, оставляя на бумаге пятна багровой крови. Завершив эту работу, взломщик вытащил ветку, а полученный свёрток взвалил себе на плечи, и с трудом переставляя ноги, направился вглубь леса.

Очень часто вор останавливался на длительный отдых. Ему сильно хотелось пить, так сильно, что высохший язык прилипал к нёбу, а измученное тело с трудом подчинялось своему хозяину.

Блуждая по незнакомому лесу, Сиагорд набрёл на небольшую лужицу. Вот только вода в ней была настолько старой, что там уже давно завелись всякие мерзкие насекомые, а сама вода полностью покрылась зеленым илом.

Но всё же жажда одержала победу над человеческим отвращением.

Скинув с плеч сверток, взломщик, вначале руками отчистил «водоем» от ила. После этого, он как можно крепче зажмурив глаза, что бы ни видеть эту мерзкую гадость, встал на четвереньки и крупными глотками принялся пить воду.

Никогда ещё Сиагорду не доводилось ощущать вкус подобного пития. Сказать, что вода горькая, значит не сказать ни чего. Вкус мертвечины, брожения и болотного ила смешались, воедино образуя удивительное мерзопакостное сочетание.

Мало того, вместе с водой, взломщик проглатывал мелких насекомых, обитавших здесь в обильных количествах. Но он терпел изо всех сил, стараясь выпить столько, сколько возможно, потому что впереди лежал очень длинный путь, и кто знает, выпадет ли счастье, встретить еще одну такую лужу.

Оторвавшись, наконец, от мерзкой лужи, когда глотать уже стало невмоготу, Гард прилёг немного отдохнуть, чтобы набраться сил перед последним в этом деле рывком.