Убить бога

Служители, чертыхаясь, запрыгали, заплясали, но было слишком близко, да и Заку, очевидно, игра понравилась, и он потратил все оставшиеся запасы мочи, целясь в парадные ботинки и мундиры.

Марии Игоревне Рукавишниковой, находившейся всего в трех метрах за кустами, сложившаяся ситуация не нравилась. «Николай Иванович» вел себя, безусловно, прикольно, но милиция есть милиция, могут и «замести». На шум из дверей Боровицкой башни вышел начальник караула.

Он как раз находился у дежурного по камерам внешнего видеонаблюдения, когда все присутствовавшие там стали покатываться со смеху. С минуту он молча смотрел на экран монитора и без тени улыбки, сурово, как и положено старшему по службе, вышел на улицу и скомандовал несчастным постовым:

– Живо марш переодеваться, Мещерякова со Спицыным сюда! – и затем, на миг остановив цепкий, проницательный взгляд на пришельце, продолжил: – А вы, гражданин, можете быть свободны и не нарушайте больше.

На этом блюститель порядка, никак не объясняя своего решения, удалился.

Пришелец довольно застегнул ремень:

– Да, милейший, я, пожалуй, пойду, меня ждут друзья на обед, – куда-то в пустоту сказал он. При этом у Маши сложилось впечатление, что Зак только за тем сюда и приходил, чтобы полить газон. Девушка мысленно старалась поставить себя на его место, но получилось не очень.

Очевидно, мешали вбитые в голову киношные стереотипы злодеев, всегда идущих напролом и крушащих всё вокруг на своём пути. В случае с Заком это не работало, он был или очень-очень хитрым, или наоборот слишком уж самоуверенно-беззаботным.

– И то, и другое, – раздался у неё над склоненной вниз головой уже знакомый голос «проводника». Пока она стояла, задумавшись, тот заметил её и неслышно подошёл.

– Ты что, читаешь мысли? – вздрогнула от неожиданности Маруся. – Я решила пойти за тобой… Чтоб не потерялся.

– Нет нужды читать мысли, девочка. Если человек о чем-то думает, то ответ на самом деле всегда лежит между. Ваше уродливое сознание вечно пытается выбрать только один вариант. И ты, конечно, не исключение…

– Зак, ты скотина. Я, между прочим, за тебя волновалась.