Двадцать сигарет в пачке

Сегодняшний день пусть отметит всевидящее Сияние, как начало новой эры творения, в которую мои дети войдут повелителями этого мира!

Сказав так, он трижды поцеловал стоящего перед ним великана. Затем, развернув его перед стоящим народом, громко воскликнул:

– Твой царь Ламех, город атлантов!

И весь народ, охваченный единым порывом, подхватил адамов возглас:

– Ламех! Ламех! Ламех!

Лишь Сияние не разделило людского ликования. Резкий порыв ветра нагнал из-за гор свинцовые тучи, которые скрыли за собой бледный солнечный диск.

Яркая молния прошила серость небосвода и мощный раскат грома, заливший всю долину, заглушил гордые речи Человека. На город обрушился холодный дождь такой силы, словно мать-земля, устыдившись, пожелала смыть с себя позор от дерзновенных слов новорождённого человечества.

Все разошлись по домам.

Но внутри Адама закипела активность творчества, которая не находила себе применения со дня катастрофы в Эдеме. Его всесторонние познания об устройстве мира, движении его сил и причинах их возникновения обрели выход на титаническую силу соплеменников Ламеха.

Потомки Каина обладали такой физической мощью, что порой казалось, будто сила приручённого Каином пещерного медведя и в самом деле передалась сородичам Ламеха. Адам узрел это и ликовал. По его наставлениям Ламех начал перестройку Каиновой могилы на Камне Сияния, превращая мавзолей в дворец для великих праотцов. По замыслу, он должен был достигать облаков, чтобы великий праотец мог сверху лучше видеть дела своих сынов.

Люди всей долины были отправлены на каменоломни для доставки невиданного прежде количества строительного материала. Но хоть потомки Каина и были неимоверно сильны, их усилий было недостаточно для столь амбициозного предприятия. Работа шла медленно. Ламех злился, подгонял руганью и кнутами работающих, но это не приносило результата. Вечерами он с виноватым видом приходил слушать новые наставления Евы, но все время исподволь наблюдал за неподвижно сидящим патриархом. Боязнь разочаровать великого праотца заставляла его искать любой знак благосклонности на неподвижном лице.

А Адам никак не замечал этого. Он напряжённо рассматривал символы на могильном Камне. Он был погружен в свои размышления.

Одно туманное воспоминание, почти забытое, но неистребимое, снова ожило и захватило все его мысли. Он вспоминал тот день на Камне Причины, когда последний раз Сияние беседовало с Человеком, открывая некую великую тайну. Он помнил, что это было очень важно.