Агент его Величества

Или же выходцу из какой-то американской глубинки, где были свои правила произношения.

– Нам известно, что вы имеете задачей борьбу с польским капёрством. Вы обращались по этому поводу к госсекретарю и руководству местного отделения Демократической партии. Мы также знаем, что вы намерены действовать на морских коммуникациях в случае войны с Великобританией или Францией.

«Интересно, кто нас продал? – подумал Костенко. – Неужели Стекль?».

Голос выдержал паузу.

– Вы подтверждаете мои слова?

– Кто вы такие? – опять спросил Костенко и тут же получил мощный удар поддых.

– Отвечайте, пожалуйста, на мои вопросы, – вежливо попросил голос.

– Вы правы, я – русский чиновник, – с трудом выговорил Костенко, глотая ртом воздух. – Что вам от меня надо?

– Нам нужны те данные, которыми на сегодняшний день располагает ваш капитан, а также планы его действий. Желательно, с картами. Нам также нужна информация относительно намерений вашего внешнеполитического ведомства и полная картина расстановки сил во властных структурах России.

– У нас нет никаких властных структур. У нас есть государь.

Послышался снисходительный смешок.

– Даже в такой отсталой стране как Россия монарх не один управляет страной. У него есть министры. Они оказывают на него влияние – кто больше, кто меньше. Нам бы хотелось поподробнее узнать об этом.

– Тут я вам не помощник. Найдите кого-нибудь поважнее.

– Тогда расскажите нам о планах адмирала Лесовского, – помедлив, сказал голос.

«Чёрт побери, ну что же это за акцент?» – опять подумал Костенко.

– Я не вхож в капитанскую рубку, – ответил он, и немедленно получил новый удар. На этот раз – в левый бок.

– Семён Родионович, не морочьте нам голову, – мягко посоветовали ему. – Так будет лучше и для вас, и для нас. Ведь вам вручили какие-то инструкции в Петербурге, верно? И вы общались по этому поводу с господином Лесовским. И ездили в Вашингтон к вашему послу. Видите, нам многое известно.

Отпираться было бесполезно.

– Да, я говорил с Лесовским по поводу польских капёров, – прохрипел Костенко, мучаясь болью в брюшине. – И ездил к барону Стеклю. Это он вас навёл на меня?

Теперь удар пришёлся в челюсть. У Костенко хрустнула левая скула, он повалился на диван и застонал.

– Семён Родионович, прошу вас, – ласково обратился к нему голос.