Год хорошего Кощея

 – Не надо для этого вышибать стекло!

Дама развернулась в крутящемся кресле в их сторону, и, закинув ногу на ногу, чуть подалась вперед.

– Может быть вызвать полицию, Рафаил? Пусть заберут эту… ненормальную.

– Людмила Семёновна, – вежливо сказал молодой человек, – мы сейчас разберемся. Видите, женщина слегка… взволнована.

Василиса сделала несколько шагов в сторону витрины. Её тут, в этом построенном великанами городе считали ненормальной. Но она же как-то оказалась здесь, через это самое прозрачное стекло.

– Она не в себе, Рафик, – произнесла дама многозначительно.

– Я в себе, в себе! – попыталась объяснить баба. – Но мне… сюда не надо! Я не царевич, понимаете?

– Понимаю! – покладисто сказал парень.

Василиса сделала ещё один мелкий шажок в сторону витрины.

– Это ему, Прохору, надо царевен спасать… Мне-то к чему эти царевны?

Молодой человек кивнул, словно бы соглашаясь с этим неопровержимым аргументом.

– По-моему, надо звонить в психушку, – подала раздраженный голос дама.

– Людмила Семёновна, во имя всего святого, помогите мне успокоить эту особу. – Рафик обернулся к даме. – Иначе нам всем понадобится «скорая помощь». Она разобьет стекло, порежется. Я тоже порежусь… Вы порежетесь… И кот…

Василиса напряжённо осматривала глазами выход из агентства. Где же скрывается таинственная дверь обратно?

Дама не выдержала, поднялась.

– Знаете, Рафик, я пойду. Дома я обдумаю ваши предложения и напишу, на чем я остановилась.

С этими словами Людмила Семёновна направилась к выходу.

Баба услышала, что её называют «заразой», обернулась. Взгляд скользнул по фигуре дамы и остановился на подоле короткого платья. У Людмилы Семёновны была великолепная фигура и стройные, длинные ноги, которые она не стеснялась демонстрировать. Именно они и вызвали волну возмущенного протеста Василисы. Для тех мест, откуда она была родом, подол платья взрослой женщины обязательно должен был закрывать щиколотки.

– Сама ты зараза! Прежде чем на меня указывать, посмотрела бы на свои коленки. Постыдилась бы на люди показываться!

Людмила Семёновна в панике глянула на колготки. Неужели затяжка или стрелка? Но колготки были безукоризненно натянуты.

– Что вы имеете против моих коленок? – возмущенно спросила она.

– Тьфу! – красноречиво сплюнула Василиса.

Дама не стала связываться.