Год хорошего Кощея

Кто она такая? Что делает?

– Эй, вы куда?! – громко зашептал он.

Этот голос услышал Сеня и обернулся. Прямо за своей спиной он увидел совершенно незнакомую, растрёпанную бабку с занесенной над головой уличной метёлкой. Сеня пораженно застыл, не понимая, как реагировать на постороннего человека на сцене. Замерла и Василиса, увидев перед собой вместо Кощея тощего высокого паренька с размалеванным лицом.

Непроизвольно в ужасе оба отскочили друг от друга.

В зале захихикали.

Привлеченная шумом со стороны, Василиса повернула голову в сторону зрительного зала.

Её ослепил прожектор, который бил прямо в глаза. Она так и не разглядела, что скрывается во тьме.

– Вы… кто? – наконец выдавил из себя Сеня, стараясь не совсем выпасть из роли страшного персонажа.

– А ты… кто? – спросила его баба.

Мальчик испуганно перевел глаза за кулисы. Там Антон Михалыч делал отчаянные знаки, чтобы Сеня продолжал. Тот попытался собраться с мыслями и спасти ситуацию:

– Я – Кощей Бессмертный! – громко и пафосно произнес он.

Василиса смотрела на паренька и никак не могла понять, что происходит. Не мог этот юный отрок быть её врагом.

– Ты – Кощей? – насмешливо поинтересовалась она. – А чего такой… плюгавенький?

– Кто… плюгавенький? – возмутился мальчик.

Он не знал, что делать. Всё шло не по сценарию!

– Ты – плюгавенький. Тьфу. Ежели я тебя сейчас Метлой тресну, ты же переломишься. Вот как былиночка и переломишься! – сообщила ему ненормальная бабка.

Сеня смотрел на неё. Судя по костюму, она была артисткой, но какой-то взрослой, не имеющего отношения к их спектаклю.

Может, она перепутала чего?

– Да кто вы? – почти заорал мальчик: – Баба Яга?!

– А то ты не видишь! – Василиса опустила Метлу и задумчиво облокотилась о неё.

Сеня чуть не взвыл. Уходить со сцены эта ненормальная никуда не собиралась!

– Э-эй… Не надо мне угрожать! – громко сказал он и шёпотом, сквозь зубы, добавил: – Идите отсюда, бабушка. Вас нет в сценарии.

Василиса сама не понимала, что ей делать.

Может, это Кощей злые шутки над ней шутит? Для неё в этом чужом, совсем непонятном мире всё было странно.

– Это в каком сценарии меня нет? – огрызнулась она. – Я – есть. Сейчас царевну только заберу и мы пойдём.

Зал хихикал.

– А там кто смеётся? – баба ещё раз пригляделась через свет прожектора и только сейчас заметила, что они стоят на возвышении вроде помоста, а где-то внизу полно народу. В основном это были ребятишки, но и взрослые имелись.