Роман с ангелом

 – Благородный дон Румата Эсторский?! – невольно повторила всплывшее в памяти имя известного литературного персонажа.

– Вот-вот, он самый! Его здесь все так и называют! Эсторский и есть!

Оказалось, ее таинственный незнакомец – личность широко известная, прославившаяся своим склочным нравом.

Этот молодой физик, не выбирая выражений, называл своего руководителя – всеми уважаемого, заслуженного профессора Рензера – пройдохой и шарлатаном. Не стесняясь, обзывал бездарем и лгуном, а из всех заслуг перед наукой бесспорной признавал лишь удачную женитьбу на дочери известного академика и племяннице секретаря обкома!

Конечно, в другое время подобный конфликт с маститым ученым для него закончился бы довольно скоро… и уж конечно, не остался бы без внимания сверху, тем более что успехи лаборатории были неочевидны.

Но к моменту возникновения этого развлекающего весь институт скандала подобные коллизии уже никого не удивляли. Обвинения в «жульничестве», «шарлатанстве» звучали среди специалистов в адрес всей концепции «боевых лазеров», как, впрочем, и американской программы «звездных войн».

Не затрагивало это лишь лабораторию Рензера.

…Может, оттого, что ее оборудование признавалось лучшим в Европе и не требовало новых вложений, а может, и по причине родственных связей профессора группа Рензера оставалась единственной, чьи исследования продолжались в прежнем объеме.

Для Леночки все это не имело значения.

Она вообще не очень понимала местного деления на богов, полубогов и прочих.

– Ах, как приятно встретить на нашей окраине Арканара столь благородного дона! – шутливо расшаркалась она при их следующей случайной встрече.

– Ты? Ну, хоть не плачешь… – узнал ее физик.

– А зачем в одиночку? Вот, вас жду для компании…

– Да? Раз обещал – приду, – усмехнулся Румата. – И учти, мы тут с сотрудниками на «ты»!

С той поры Румата стал частым гостем в ее лаборантской с маленьким столиком и милой хозяйкой.

– Что ты на него кидаешься, как моська на слона?! – хихикала Леночка, не скрывая удовольствия, полученного от очередной сцены между Руматой и Рензером. – Точно про вас Степаныч сказал: «Что кошка с собакой, что хохол с евреем»!

– Во-первых, не хохол, а гуцул! – рычал возбужденный Румата.