Княжеское правило

На ощупь дрова оказались мокрыми.

– Княщь, так они сырые совсем.

– Правда? А я и не заметил! Вот ведь лентяи безрукие! Проверь в корзинке, может там сухие со вчера остались.

Олег быстро вытащил сырые дрова и начал собирать новые из стоявшей рядом корзины. Под взглядом князя сонливость и опьянение как рукой сняло.

Боголюбский присел на кровать и тяжело вздохнул.

– Ты откуда, Олег? – спросил он, глядя в окно.

– Средняки. Это село такое. Под Суздалем.

– Так ты наш, залесский? А чего к Михаилу пошел служить, а не ко мне?

– Отец посоветовал.

Сказал, что у тебя и так дружина большая. А в Торческе у него друг был, мне помог устроиться, – Олег выцепил из корзины две сухих деревяшки и кинул их в камин. – Два года вот с ними хожу.

– Молодец. В осаду в Торческе сидел?

– Да именно что сидел! – пожаловался Олег. – Посмотрели на Ростиславичей пару седмицы, из луков постреляли, камнями покидались. А потом они ушли и все.

– Понятно. На Киев в том году не ходил?

– Нет, оставили меня город сторожить.

Вообще в настоящем бою не был, – стыдливо признался дружинник.

Почему-то ему не хотелось ничего скрывать от князя. Может из-за браги, может из-за жары, но Боголюбский вдруг показался ему добрым, давно знакомым стариком, который всегда готов выслушать и дать совет.

– Да не рвись ты в пекло. Успеешь еще, – князь поморщился, будто от внезапной боли. – Под Киевом вообще хорошо, что не был. Проигрались мы тогда знатно… Жена есть?

– Нету. Я парень вольный.

– Правильно, гуляй, пока можешь! У меня вот вроде есть супруга, а вроде и нет.

Уже сколько времени раздельно живем.

На это Олег ничего не ответил. Ляпнуть лишнего очень не хотелось.

Набрав сухих дров и хвороста, Олег начал работать огнивом. Раз, два – и комнату осветил яркий огонь. Князь довольно крякнул, подобрался поближе и вытянул руки к пламени.

– Ух, хорошо… Цени молодость, Олежка. С возрастом кости начинает ломить, глаза ничего не видят.

– Слышал такое, да – осторожно ответил Олег.

– А еще всего бояться начинаешь, особенно вечерами, – после тишины добавил князь. – Прямо трясет иногда.

– Чего же тебе бояться, княже? Мы за тебя горой! – Олег горделиво выпятил грудь.

– Какой ты лихой! – князь хлопнул себя по колену. – С такими, конечно, надежно. Но все равно пугливо мне. Смерть – она без предупреждения приходит, как захочет. Вот как Глеба моего взяла и забрала.

Боголюбский убрал со лба седые локоны и уставился в огонь.