Сеньорита Удача. Игра Случая

А если бы судебными делами провинции заведовал кто-то менее… добрый? Все-таки я настоятельно рекомендую поддерживать нашу дружбу, – судья тряхнул кошельком, и реалы в нем красноречиво зазвенели, словно бы намекая, какая именно дружба интересует доктора права.

– И еще… скажите мне… Не известен ли вам человек по имени Аурелиано Буэндия? – судья отмахнулся от мухи, которая села ему на лоб.

– Это один из моих людей, – недоуменно произнес француз. – А что с ним?

– Я думаю, что его надо… повесить, – судья скучающим видом скользнул по реке.

В это время муха снова села на дона Гарсиа, и он снова от нее отмахнулся.

– Ваша милость, вы за полгода повесили в этом городе трех моих людей, – Отвиль смутился и побледнел. – Чем вам не угодил Аурелиано?

– В этом городе за последний год я повесил тринадцать человек по подозрению в речном пиратстве. Заметьте, сеньор, из них только трое были – ваши люди, а остальные – бродяги, пьяницы, пеоны и преступники. Но даже ваших я повесил за несговорчивость… и то, потому, что вы, Отвиль, сам пожаловались, что они не делятся.

Француз помолчал, потом спросил:

– Что натворил Буэндия?

Муха, нагло спикировала на руку судьи в третий раз. Сеньор Кинтера потряс кистью.

– Вы его давно знаете? – словно не услышав вопроса, поинтересовался он, внимательно наблюдая за полетом настырного насекомого.

– Не очень. Ловкий парень… На хорошем счету. С нами недавно. Может быть… месяц или немногим больше того…

– Я так и думал…Так вот… Аурелиано ваш в тюрьме со вчерашнего вечера.

Противное насекомое село на столешницу и на глазах судьи стало нахально потирать лапки.

– Вы не ответили. Чем он не угодил вашей милости? – француз нахмурился.

Судья приподнял доносы и с размаху прибил ими надоевшую преступницу. Он смахнул ее со стола и будничным тоном поинтересовался:

– Вы слышали что-нибудь про его кузину?

– У Аурелиано есть… кузина? – совершенно искренне удивился Отвиль.

– Стало быть, он ничего не говорил? – протянул дон Гарсиа и взглянул на муху, заметив, что та еще трепыхается на полу.

С этими словами он наступил на насекомое, окончательно расправляясь с ним.

На лбу француза пролегли глубокие складки, свидетельствующие о серьезных раздумьях.

– Н-нет… ничего не слышал.

– А про Ирэне де Ла Суэрте вы слышали?

– Кто же не слышал, – чуть ухмыльнулся Отвиль. – Весь город только о ней и говорит.