Искра Эллириона. Книга 1. Некромант

От самой стены его не покидало чувство, что он не один, хотя никаких признаков не было. Не замолкали ни где птицы, не было слышно ни звука, ни разу нигде не мелькнула тень. Это его немного успокоило. В лесу так бесшумно могут передвигаться только лесные эльфы.

***

Два дня Тихая смерть преследовал по лесу Лазриэля. Неопытный путешественник, для его тренированного уха, создавал слишком много шума и это, казалось, слышал весь лес. Его же разведчики передвигались бесшумно, словно тени. К полудню второго дня их настигли Шорох и Быстроногая и пояснили, что это Верховный друид отправил своего сына с каким-то поручением, хотя уверенности в их словах было немного.

Тихая смерть решил убить сразу двух зайцев и заговорил своим тихим, но не терпящим возражений голосом

– Я сам переговорю с верховным и разберусь, что тут происходит. Мы возвращаемся. Элиандор, а ты останься и присмотри за ним, пока не покинет лес. Что бы он ни искал, боюсь, что он это найдет. Если будет нужно, помоги ему, до тех пор себя не выдавай.

 – Лучшая лучница его отряда растаяла в окружающем лесу.

***

Величественный лес окутывал миллионами звуков и запахов. Многие из них были ему совершенно не знакомы. Эльф впервые ночевал вне стен дома дольше одного дня и наслаждался каждым моментом в диком лесу. Свежий утренний воздух наполнял легкие чистотой и прохладой. Звенящая ночная тишина так окутывала разум, что в медитацию он проваливался мгновенно, только подумав об этом.

Постоянно медитируя вместо сна, эльф смог расширить радиус сторожевого периметра до семидесяти шагов и поиграл с молниями, расщепив удар молнии на несколько целей, а также увеличил мощность потока огня.

Чувство постоянного наблюдения немного притупилось и отступило на второй план, он просто перестал обращать на это внимание. Каждый день эльф продвигался так далеко, как только мог. В полдень устраивал привал, затем продолжал двигаться до тех пор, пока лес не погружался во тьму. Тогда он выбирал место для ночлега, раскидывал сеть Сторожевого периметра, усаживался посередине и начинал медитировать. А на утро снова отправлялся в путь.

Так продолжалось почти неделю. На седьмой день Лазриэль, как обычно, встал, перекусил эльфийским хлебом и отправился на восток, в столицу людей. К вечеру густой лес стал немного редеть и неожиданно расступился, открыв его взору почти овальную поляну, в сотню шагов в ширину, а вперед она простиралась на все две сотни. Он так и замер.