Ненаглядный мой граф, или Итальянские приключения Катерины

 – Нина стояла в обнимку со своими орлами, которые мирно примостились у нее под мышками.

– Пойдем, погуляем с нами, – тише сказала Нина. – Посмотри, весна какая!

В воздухе еще прохладном, уже пахло свежераспустившимися листьями и первыми весенними цветами. Откуда-то долетал сладкий аромат и заставлял сжиматься сердце.

– Весна, – протянула Катя и вдруг подумала: «Так вот почему ее с такой силой потянуло к Филиппо, потому что весна».

Весной Кате всегда хотелось любви. Она, как тот мартовский кот, каждой весной просто сгорала от желания.

И если не было рядом мужчины, она ходила просто больная.

– Нет, я не могу. Мой дедок сегодня почти не спит, и все зовет свою жену.

– Ну а как у тебя с Филиппо? – спросила любопытная Нина.

– Ой, Нин, ничего интересного, – махнула рукой Катя.

Была уже почти полночь, Катя переоделась и направилась к кровати. Вдруг она услышала голос старого Джулио:

– Линда, Линда! Я иду к тебе. Ты только побрей меня сначала.

Катя заскочила в комнату и увидела, что старик, давно не встававший, сидел на краю кровати, свесив ноги.

Увидев Катю, он улыбнулся:

– А, Линда, а я к тебе собрался. Только вот я колючий такой, – он провел рукой по бороде. – Как я тебя целовать буду? Ты помнишь, какая ты была красивая, когда мы с тобой поженились? Ты была в том необыкновенно красивом бархатном темно-зеленом платье. Боже, как я любил тебя тогда! И потом я всю жизнь любил тебя. А ты никогда не говорила, что любишь меня. А я-то чувствовал, что ты любила другого.

Всю жизнь ты только его любила, – вздохнул Джулио, и слеза покатилась по его сморщенной щеке. – Побрей меня, пожалуйста.

Катя уложила его в постель:

– Хорошо, хорошо. Сейчас побрею, только ты не вставай.

Она принесла бритвенный прибор и аккуратно побрила и причесала старика.

– И надень на меня новую белую рубашку и тот черный костюм, в котором я был в день свадьбы, – просил Джулио.

Катя испугалась:

– Боже, помирать, что ли, собрался?

Она переодела его. А он погладил ее по щеке своей высохшей рукой и сказал:

– Линда, любовь моя, я иду к тебе, – и закрыл глаза.

Катя наклонилась и прислушалась: дышит или нет. Он не дышал.

– Бепе! – завизжала перепуганно Катя.

Бепе, спросонья ничего не понимая, заскочил, как спал, в одних трусах в комнату. Дрожащая Катя срывающимся голосом прошептала:

– Твой папа умер.

* * *

Когда похоронили отца, Бепе сказал:

– Если хочешь, живи пока у меня, а когда найдешь работу, уйдешь.