Выйти замуж за иностранца

На следующий день позвонила Люба:

– Маша, я сейчас дома, не хочешь ко мне прийти?

– Почему бы нет, – ответила Маша. – Муж пообедал и ушел работать, а мне делать нечего.

И она пошла к Любе. Люба жила рядом, через несколько домов. Квартиру ей снимал ее жених. Они уже больше года встречались с ним. Он платил за квартиру, покупал ей еду и делал подарки в виде золотых украшений по праздникам и на день рождения. Иногда покупал кое-что из одежды или давал ей денег.

Это Люба рассказала ей за чашкой кофе.

– Я слышала, что сейчас на море набирают работников на сезон.

– Не знаю, нужно говорить с мужем, – сказала Маша прощаясь.

Когда ужинали, Маша сказала:

– Мой дорогой, я хочу поехать на море, на лето, поработать. Мне нужно родителям послать денег, а у тебя нет. А здесь, сам видишь, никакой работы. Можно я поеду в Римини, может, найду что-нибудь?

Лука почернел и недовольно заерзал. Ему очень не хотелось отпускать жену на все лето, но тогда придется давать ей деньги для ее родителей, а этого ему не хотелось еще больше, и он буркнул:

– Ну, если есть деньги, езжай.

Маша от радости чуть не подпрыгнула. Боже, наконец-то она сможет покинуть хоть на какое-то время этот холодный сарай и этого никак не любимого мужа. Как бы она ни старалась его полюбить. Но она сделала скорбное выражение лица и сказала:

– Мой дорогой, мне тоже очень не хочется расставаться с тобой.

А сама подумала:

– Ну и артистка я здесь стала, хоть на большую сцену.

Вошла Къяра вся помятая и лохматая. Она целый день, как всегда, спала. Сейчас проснулась и не умываясь, с нечищеными зубами уселась за стол.

Маша повернулась к ней:

– Къяра, я завтра уезжаю, приготовь, пожалуйста, обед отцу.

Девушка точь в точь, как ее отец буркнула:

– Хорошо.

Утром Маша подскребла копейки, которые у нее остались. Муж молча смотрел, но не предложил денег. Он только подбежал к ней, больно ударил по попке и крикнул, заглядывая в глаза:

– Аморе.

Он это сказал для того, чтобы она помнила, что он ее любит, и чтобы она не подумала там где-то найти себе другого. Маша вздохнула, чмокнула в подставленные его синие губы и подумала:

«Да пошел ты со своей любовью, лучше бы денег дал».

По пути на вокзал она заскочила к Любе и заняла у нее десятку, вдруг не хватит своих денег. Через полчаса она мчалась к морю. Пришлось делать две пересадки и до Римини добраться не оставалось времени.