Легион проклятых. Затерянная во времени

Девушка провалилась в реальность, почти физически ощутив боль утраты. Словно она снова стояла на той пристани и ждала, ждала, ждала, а море было безразлично к ее мольбам. На глаза навернулись слезы. Этот кто-то. Был так важен. Где он теперь? Что с ним сталось? Ищет ли он ее? А может, это и был Дэрил? Глупости! Таких совпадений просто не бывает! Она яростно сверкнула глазами.

– Чего тебе?!

Малькольм осторожно проговорил:

– Мы скоро приедем на место. Какой у нас план? Нам нужно найти этого Виктора, ведь так?

Марта запахнулась в плащ.

Действительно, а какой у них план?

– В игорных домах я прежде не бывала. Я думала, ты знаешь, – язвительно заметила она. Малькольм разозлился.

– Какого черта! Может, хватит очернять меня? Сначала распутницы, теперь игорные дома. Что еще ты хочешь на меня повесить? – он хотел продолжить, но внезапно заметил блестящие слезинки на ее щеках. – Марта, ты что, плачешь? – оторопело спросил он.

Девушка вытерла лицо.

– Тебе показалось, – как всегда ледяным тоном отрезала она.

 – Значит так. Ты богатый джентльмен, я – куртизанка. И только попробуй лапать меня. Я буду сопровождать тебя, читала в какой-то книге, что это нормально. А ты не давай никому меня трогать. Иначе все узнают, кто мы. Я за себя не ручаюсь. Когда увидим Виктора, я невзначай выведу его на улицу и оглушу. Потом привезем его в обитель. А там отдадим инквизитору. И дело с концом.

Малькольм почесал подбородок.

– Звучит неплохо. А как он выглядит? Дитрих сообщил хотя бы примерные его черты?

– Конечно, нет! Это было бы слишком просто, ты что, не знаешь его? – раздраженно бросила Марта.

До чего пустоголовый олух! Но раздражение внезапно сменилось тревогой:

– Черт подери, мы совсем забыли про Пита. Он же будет на улице совсем один!

– Ты не можешь спрятать его под юбку. Оставим ему оружие. Парень справится.

– А если…

– А если ты не замолчишь, то выдашь мне страшную тайну.

Марта уставилась на него в недоумении.

– Какую еще тайну?

– Такую. Я узнаю, что у тебя есть сердце, и ты меня ненавидишь только потому, что влюблена в меня до беспамятства.

И, в конце концов, болтовня приведет тебя в мою комнату. Где мы оскверним своды святой обители прелюбодеянием. А потом мне придется на тебе жениться, ведь я джентльмен, а потом…

– Еще слово и я вырву твой язык, а потом заставлю его съесть.

Ее глаза метали молнии. Зато она перестала кудахтать, как курица наседка. Мужчина ухмыльнулся, довольный своей смекалкой.

Экипаж остановился.