Легион проклятых. Затерянная во времени

Шея предусмотрительно обмотана платком – ветра здесь суровые, морские. Высокие сапоги были идеально вычищены. Питер всегда удивлялся, как ему при такой грязной работе удается сохранять свою одежду и обувь в безупречной чистоте. Мужчина всегда был опрятен, а запах его мыла мог освежить любую помойку, куда бы они ни попали.

– Мисс Марта еще не вернулась, сэр? – спросил паренек, и голос его предательски дрогнул. Он уже не в первый раз возит охотников на вылазку, но все никак не привыкнет.

Малькольм как обычно с улыбкой подмигнул.

– Еще нет. Ты бы не спал пока, Пит. Я не хочу, чтобы на тебе снова появились грязные отметины.

Питер сглотнул и молча кивнул. Грязными отметинами они называли след от укуса вампира. 4 маленькие точки. 4 острых клыка. Тонны боли. И долгая борьба за жизнь. Питера уже кусал вампир. Тогда ему едва стукнуло 10. Его отец напился, поколотил мать и вышвырнул их обоих из дому. Тогда никому и в голову прийти не могло, что в ночном городе могут встречаться кошмары, кроме грабителей и убийц.

На них напала компания молодых вампиров, Питер защищал мать, как мог, но их обоих покусали. И если бы не мисс Марта, их бы вовсе не было в живых.

Дверь в экипаж распахнулась, заставив обоих вздрогнуть. Охотница как всегда появилась неслышно.

– Марта! Что за ужасный смрад?! – Малькольм прикрыл нос белоснежным платком.

– Закрой рот и поехали. Хотя я не обижусь, если ты побежишь следом, – ничего не объясняя, девушка запрыгнула в экипаж, уложив больного бродягу так, чтобы его голова покоилась на ее коленях, но дверь закрывать не стала.

Малькольм с проклятьями и извечным ворчанием забрался в карету, отряхивая плащ от брызгов грязи, которыми она его окатила.

– Пит, вези нас домой, да поскорее! – стукнула Марта по крыше.

– Хорошо, мисс! – парень дернул поводья, и лошади, вздрогнув, понеслись по ночному городу, отбивая копытами знакомый и успокаивающий ритм.

– Он как-то опустился с тех пор, как его Стефан видел в последний раз, – с сочувствием пробубнил Малькольм.

 – Это Виктор?

– Нет, – коротко бросила девушка.

– Ради всего святого! Марта! Кто это? – Малькольм едва сдерживал тошноту, прижимая платок к лицу. Хладнокровному равнодушию Марты можно было смело ставить памятник.

– Человек, которому нужна помощь, – сухо ответила девушка. Она сбросила перчатки, и теперь ее изящная белоснежная кисть покоилась на горящем, вымазанном разнообразной грязью, лбу бродяги.

– Он знает что-то? – с надеждой спросил охотник.