Принцесса Арменеи. Книга 1

Конечно, они во всем подчиняются своему хозяину, но по сути шрех – свободолюбивое, гордое и легковозбудимое животное. Когда проходили соревнования, случалось, что с выбросом адреналина повышалась и опасность нападения животных друг на друга.

Места на Королевской трибуне были уже заняты к нашему появлению. С удивлением я отметила, что мама тоже решила посмотреть на скачки, обычно она не такой любитель шумных праздников. Хотя вот подумала и тут же за нее ответила: «Какой же русский не любит быстрой езды?» Ведь и сыновья ее участвуют в скачках, которые по прибытию тут же удалились, чтобы подготовить шрехов к соревнованию.

Мы с Дорой сели невдалеке, в первых рядах, ниже мест, предназначенных для Высшего Дома. Выглядело это как своего рода протест, но мне было все равно. Лучше держаться от родителей подальше. Встретившись с моим взглядом, королева ласково улыбнулась мне, только легкая тень беспокойства пробежала по ее прекрасному лицу. Спиной я чувствовала напряженные взгляды отцов, но демонстративно делала вид, что увлечена происходящим на поле забега.

Юные на-Рин, сыновья Отану тоже принимали участие, я заметила цвет их Дома на серых животных, так напоминавших земных тиранозавров с той разницей, что передвигались они на четырех лапах. Мои охранники зорко наблюдали за шумной трибуной, соблюдая дистанцию и не подпуская ко мне никого близко. Вдруг раздались восхищенные возгласы, причем с женской стороны. Кто-то из зрителей громко крикнул:

– Император!

На беговую дорожку выехал всадник, умело управляющий шрехом и выделяющийся гордой осанкой.

Я сразу узнала в нем Лорда Аримана по его привычке носить защитный жилет и новой прическе, только в этот раз волосы его спускались вниз, перехваченные кольцами-зажимами в нескольких местах. Он заставил опуститься огромное животное на передние лапы в поклоне перед королевской семьей, а потом, потянув за поводья, поднял шреха и посмотрел в мою сторону. Вот же! От его пристального взгляда не укрылось мое разочарование, только, похоже, что его это совсем не огорчило. Губы императора тронула ироничная усмешка.

– Ах! Неужели сам император примет участие в скачках?! – восхищенно-удивленно прощебетала Дора.

– Только не делай вид, что ты не знала! – с подозрением заметила я, повернувшись к подруге.

– Что ты! – та даже протестующе замахала руками. – Киир и Шер ни словом не обмолвились. Прости, вижу, ты не очень рада, но раз уж мы сюда пришли…

Она умоляюще посмотрела на меня.