Принцесса Арменеи. Книга 2

– Вот и славно, – улыбнулся император. – Приятно иметь дело с умным правителем, особенно с тем, у кого чувства подчиняются разуму.

Лорд Ариман по-свойски похлопал по плечу короля, не обращая на то, что вид у того был совсем не дружественный и, настроив браслет, исчез.

***

Я думала, лорд Ариман убьет Зихаба. Никогда не видела, чтобы император так смотрел, вернее, уничтожал взглядом. Потом он будто очнулся, пришел в себя и бросил на пол автоматические наручники, которые мгновенно обездвижили харата, пригвозив магнитным полем к кораблю.

Больше он не смотрел на Зихаба, не считая его достойным своего внимания.

– Вижу, я как раз вовремя. Ваша самостоятельность ни к чему хорошему не привела, принцесса.

Я же так и не успела одернуть платье, лежала, приподнявшись на локтях, растерянно взирая то на эронийского Лорда, то на взбешенного харата, тщетно пытающегося вырваться из пут.

Пристальный взгляд императора, прошедший по моим обнаженным ногам, заставил меня смутиться и почувствовать неловкость и запоздалый стыд.

Когда он протянул мне навстречу ладонь, чтобы помочь подняться, пришла, наконец, в себя, но руки не подала. Ноги быстро прикрыла, спустилась на пол и постаралась изобразить невозмутимость на лице.

– Я могла и сама справиться, но за помощь спасибо, – сухо поблагодарила я.

– Вот как?! – недоверчивым тоном спросил император, но не стал дальше продолжать, а лишь тактично и вежливо предложил: – Тогда позвольте Вас сопроводить обратно на Эрлеван.

Мне показалось, что я ослышалась. На Эрлеван?! Я сейчас точно разговариваю с эронийским Лордом? По искусству плетения интриг с ним вряд ли кто сравнится. За этим явно стоит какой-то подвох.

– Вы так внезапно оставили тронный зал, не попрощавшись с королем, а он волнуется, места себе не находит, – пожурил меня по-отечески император. – Я обещал, что верну вас в целости и сохранности.

Я «подвисла» немного в воздухе. Я сейчас сплю? Тогда не будите меня.

Одно из двух: или Великая Матерь услышала мои молитвы, или Лорд Валаруад все же преследует какую-то, одному ему ведомую цель. Не верю я в великодушие эронийца.

Пришлось поверить, когда перед глазами предстал Шерват, но лицо его не выражало радости. Только облегчение.

Ариман Валаруад произнес, обращаясь к Шервату:

– Как видишь, я выполнил свое обещание. Я даже решил не убивать полукровку, думаю, ты лучше меня придумаешь, как с ним поступить.