Русь неопалимая

Длинная толстая коса опускалась ниже пояса, лёгкие светлые прядки прихотливо выбивались из-под очелья[6 - Очелье – повязка на голову, украшенная вышивкой или драгоценными камнями.] с красивой вышивкой и падали на лицо. Во всех славянских племенах живут такие девушки. Но в её лице с немного вздернутым носиком было что-то родное, приветливое, и даже сердясь, она была хороша.

– Совсем хмельной? С дороги уйти не можешь? – с упрёком спросила девушка, – так и будешь молча стоять?

– Экая ты сердитая! Как тебя кличут?

– Пропусти, меня ждут!

Но Вышеслав не пропускал её.

Чем дольше он смотрел на неё, тем больше она нравилась ему. Он разглядел как белы и нежны её руки, на запястьях дорогие браслеты, на груди ожерелье с подвесками. «Убор дороговат, явно не холопка» – подумал он.

– Мы с отцом тут уже три дня, почему я тебя не видел?

– Скоро и не увидишь боле! Вы уйдёте в поход, а я уеду домой, в Ладогу, за мной уже батюшка приехал.

– Скажи, как тебя кличут?

– Ты зачем в Новгород-то пришёл? С чудью собираешься идти биться аль девиц смущать?

– Да скажи ты мне, как тебя кличут! – воскликнул Вышеслав и хотел взять её за плечи, чтобы она не убежала от него прочь.

Девушка вскинула глаза и с негодованием взглянула ему в лицо. Видно, она не привыкла к такому вольному обращению. Испуганно и чересчур резко развернулась, чтобы убежать, но тут же уткнулась в бархатную ткань чужого кафтана, и вдруг смутившись, опустила глаза в землю. Уголки красивых губ княжича приподнялись в лёгкой улыбке.

– Пропусти…, меня ждут в тереме…, – прошептала она.

– Подождут, успеешь! – убеждал её Вышеслав, пытаясь заглянуть в её глаза, они вдруг стали цвета грозового неба, – не сердись на меня, мне же скоро в поход идти, только Бог знает, ворочусь ли. Ты бы лучше ласковым словом меня проводила.

– Неуж, тебя проводить некому? – с сочувствием спросила девушка и посмотрела на него уже не так сурово.

Лицо её смягчилось и Вышеславу показалось, что словно само солнце осветило его и обогрело.

Ему вдруг жарко стало. Незнакомая горячая волна метнулась по телу и напрягла его. «Что это? – подумал Вышеслав, – ужель она ведьма и своим взглядом заколдовала меня?» Он был поражён этим неведомым ещё, непонятным ему взрывом, казалось, кровь в нём закипает. Такое чувство было для него ново. Слишком девственно ещё было сердце молодого княжича. Картины, одна другой отраднее, проносились в его воображении.