Зеркала

Чувство удовлетворения было запредельное. Погода отличная, хотя ветерок наглел. Разгорячённые задушевными разговорами, искренними признаниями с доверительно-надрывными мантрами в конце: «Светочка (Альбинка) я тебя так люблю, ты моя единственная настоящая подруга», сердца, да и затёкшие, от долгого сидения на одном месте, конечности, требовали срочной разрядки. Но главное – души: они хотели простоты, после глубочайшего погружения в философические лабиринты жизни. И чего-то разгульного, хулиганского, для полного всплытия из этой океанской глубины на поверхность банальной и ироничной реальности.

Очень кстати на другом конце парка зазвучала музыка. Мощный мажор, исходивший от неё, потянул два, противоположно, минорно, так сказать, заряженных тела к себе. И очень скоро Альбина Вадимовна и Светлана Ивановна очутились на почти пустой площадке перед сценой.

На ней четыре-пять музыкантов, изображая оркестр, издавали на своих инструментах ритмические звуки, которые так точно совпадали сейчас с ритмами, звучавшими в душе обеих дам.

Ситуация была та самая, патовая, когда рота солдат шла по мосту и чёткие маршевые колебания строевого шага, резонансно совпали с колебаниями моста. Тогда бедолаги рухнули в бурлящий внизу поток.

Альбина Вадимовна со Светланой Ивановной ещё держались, но резонансная сила уже забирала их в свои клещи. К тому же, после слёзного и болезненного выворачивания душ наизнанку и двух по пятьдесят (дамы не злоупотребляли, но сегодня пошло), маятник души резко и непредсказуемо качнулся в противоположную сторону.

И её, души рыдания, сменились пока ещё сдавленным, пока ещё беспричинным, но упрямо рвущимся во вне, хохотом.

Сначала мычать стала Альбина Вадимовна, за ней прыснула Светлана Ивановна. А потом произошло чудо. Они обе… исчезли с поверхности планеты…

Неизвестно, заметили ли это окружающие, а их становилось всё больше. На звуки музыки подходили прогуливающиеся в парке люди.

Появилась группа пожилых людей, хорошо знающих друг друга. Они отличались от всех остальных какой-то странной, но приятной манерностью. Пожилые дамы были причёсаны, немногочисленные кавалеры галантны. Невольно приходила мысль о портале, который, возможно, открылся где-то тут поблизости. Вот и засосало эту группу милых старушек и старичков прямо из девятнадцатого века в наш бренный двадцать первый. Впрочем, всё оказалось гораздо проще.