Спецназ в тридевятом царстве

Дай мне всецело предаться воле Твоей Святой.

Во всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня.

Кого бы я ни встретил в течение дня, научи меня принять их

со спокойной душою и твердым убеждением,

что на всё Твоя Святая воля.

Во всех моих словах и делах руководи моими мыслями,

чувствами и силой немеряной. Во всех непредвиденных случаях

не дай мне забыть, что всё ниспослано Тобою.

Научи меня прямо и разумно действовать

с каждым встреченным мной на моём тяжком пути

выполнения невыполнимого задания, никого, не смущая и не огорчая.

Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня

и все события в течение дня. Руководи моею волею

и научи меня молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать,

любить, и без страха рубить головы ворогов моей Отчизны.

Аминь.

Алексей встал с колен, отряхнул прилипшие сосновые иголки к комбинезону и пошёл по лесной дороге. Он протяжно выдохнул, пытаясь привести в норму удары сердца. Страх не ушёл, но отступил. Правда остаточные явления того ужаса который он испытал в первый момент ещё бродили в его голове.

Тропинка была покинута людьми, и заросшая, но путь был ещё заметен. Он бесшумно ступал по влажной земле устланной старой хвоёй и полуиспревшей листвой. Аккуратно переступая через корни, вылезшие из земли и торчащие то тут, то там, Алексей прислушивался к звукам незнакомого леса. Добравшись до опушки, Алексей постоял несколько минут, привалившись к стволу могучего дуба, и подышал полной грудью, с наслаждением вдыхая воздух, настоянный на цветочных ароматах, и пошёл дальше.

Алексей углубился в лес. Там пахло сыростью и мхом. Он ломился сквозь кустарник, как кабан, не разбирая дороги, ломая ветки и хрустя сухими сучками, попадающими под ноги. Позади него что-то ухало, скрипело, ворчало и тяжело топало. Ветки склонялись и хлестали. Он шёл уже не менее двух часов. Пить хотелось нестерпимо. Солнце уже миновало полдень, и теперь светило с западной стороны. Пот заливал глаза, но он не был самой большой неприятностью.

Прилипшая к телу, пропитанная потом ткань, беспокоила больше, потому что тело зудело нестерпимо. Вскоре зуд стал изматывающим. Алексей вытащил из чехла фляжку с водой и с жадностью сделал несколько глотков и закрутил крышку, решив поберечь воду. Солнце уже не жарило и клонилось к закату, но светило ярко, и до сумерек было ещё далеко.

Прямо перед Алексеем возник покатый склон. Внизу блестела под солнечными лучами голубая прозрачная вода небольшого озерца.