Крылатое счастье. Дилогия

В абсолютном, я бы сказала мёртвом молчании, что повисло с его появлением, правитель драконов оглядел всех коленопреклонённых и медленно, наталкивая на мысли о диких хищниках, повернулся чётко ко мне. Я вообще была сбоку и сзади, и находилась на расстоянии шагов в тридцать, у тёмной двери, в окутавшей же округу темноте – он просто не мог меня увидеть. Никак не мог.

Но увидел. И даже больше – он как-то сразу понял, что именно меня прилетел здесь искать.

Он выглядел жутко. Низко опущенные тёмные брови, из-за чего казалось, что этот мужчина смотрит будто исподлобья, не доверяя в принципе никому.

Нос, который из-за горбинки тоже выглядел хищным и настороженным. Плотно сжатые узкие губы… невольно подумала, что не хочу, чтобы они открывались и он что-либо говорил.

Когда подняла взгляд на его глаза, поняла, что хочу, чтобы он вообще взял и улетел себе куда-нибудь обратно.

Это были совершенно странные и самые ненормальные глаза, которые я когда-либо видела. Чёрные с тёмно-золотым зрачком, который прямо у меня на глазах расширялся, и становилось видно, как золото внутри него медленно перетекает…

Шаг.

Всего один, обманчиво-плавный шаг в мою сторону и чёрно-золотые глаза, внимательно отслеживающие малейшие изменения… которых не было. Очевидно, это всё ещё действие чая давало о себе знать, но мне в целом было наплевать вообще на всё.

Правитель, да. Большой, злой и пугающий. Куча народа, что боялась даже дышать, замерев перед ним на коленях. Вся эта темнота вокруг… вот вообще всё равно. Внутри даже ничего не ёкнуло.

Дракон шёл четко ко мне – неторопливо, но в тот же миг немыслимым образом стремительно, уверенно, решительно. В каждом его шаге, в каждом жесте читалась угроза – неуловимая, но явная. Угроза всем и каждому, кто посмеет сунуться к этому мужчине.

Он остановился в шаге от меня, поражая воображение высоким ростом, да и в целом я себя несколько ущербно на его фоне почувствовала.

А потом он сделал то, чего лично я вообще не ожидала: улыбнулся немного криво, окинул меня внимательным взглядом и на совершенно чистом русском, без акцента даже, произнёс:

– Так это вы то недоразумение, по чьей вине рухнул трёхсотлетний храм и высохло целое море?

Сомневаюсь, что я в своём потрясённом состоянии смогла бы ответить.

Слов не было. Вообще ничего не было. Я просто широко распахнутыми глазами смотрела на того, кто не только не сжёг меня взглядом, как я того опасалась, но ещё и заговорил так непринуждённо, даже по-дружески – на русском.