Пленница наследника короны

Но очень обрадовалась, когда он появился.

Девушка вскинулась, вгляделась в моё лицо со смесью неверия и недоумения.

– Ты, – её голос сорвался. Замолчала, метнула взгляд на закрытую дверь, через которую ко мне зашла, снова посмотрела на меня. – Побег удался?

Спросила осторожно, боясь, но отчаянно желая верить.

Я задумалась. Нет, в том, что побег не удался, я не сомневалась. Иначе Аллисан была бы не мертва, а… Стойте-ка.

Может быть…

Возможно ли, что принцесса на самом деле жива? Если планировалось лишь инсценировать её смерть.

Если задуманное получилось. Если чужой план удался.

Все решили, что она мертва, а на самом деле сбежавшая асаин Шерман уже вышла замуж и сидит где-нибудь далеко-далеко отсюда, довольная.

В конце концов, я же оказалась в том проклятом храме. И риян Йорген как-то на него вышел!

– Али, не молчи! – потребовала незнакомка в нетерпении, недовольно сведя брови у переносицы.

– Не знаю, – вздохнула я в итоге устало, печально.

 – Я помню храм. И тот мужчина… – как у них тут священники называются? – Он отказывался нас женить. Говорил, что это против правил и традиций.

– То есть вас не поженили? – не поняла девушка.

И резко мотнула головой, как будто прогоняя какие-то мысли.

Старательно всё припомнила. Нетерпение «жениха» и того мужчины с мечом. Множество людей, скрытых вокруг тьмой. Слова священника.

– Нет. Не успели. Появился риян Йорген и спас меня, – рассказала я тоном прилежной ученицы.

– Спас! – громко, презрительно фыркнула незнакомка, резко откидываясь на спинку кресла.

Ого. Я думала, здесь от него все без ума. А эта девушка к доверенному королевы испытывает чуть ли не ненависть. Интересно, с чего бы?

И чем ей так не понравилось моё спасение?

– Слушай… прости, я не помню твоего имени…

Девушка приподняла обе тонкие брови. Злость, ненависть к рияну в каре-янтарных глазах исчезла, сменилась неверием, затем грустью, сильной тоской, печалью, жалостью.

Жалости в итоге оказалось больше всего.

– Я Арими, – тихо, грустно представилась она.

Какое красивое имя. Особенно красиво оно звучало именно в её устах – негромко, приятно, нараспев. Как весенняя капель.

– Мы с тобой лучшие подруги. С детства.

Она именно поэтому такая печальная сидит?

Судя по всему – да, но где-то в груди шевелился предательский червячок сомнения.

– Расскажешь?

У неё не было причин мне отказывать.