Проклятье для дракона

Сам невампир покраснел не то от стыда, не то от гнева, засопел и оскорблённо воскликнул:

– Я арте?й!

Почти как «у меня артрит».

– Боже, какой ужас, – я ладонь к груди прижала, – это лечится?

Резко рвано выдохнув, блондин с грохотом дверь захлопнул, а в следующее мгновение на улице грянул хохот.

* * *

Ещё примерно через час я вновь уснула, устав ничего не делать, а проснулась от непонятных звонких ударов. Открыв глаза, я помутневшим взглядом пробежалась по карете изнутри, потом посмотрела за окно.

Не было больше леса и полей.

Был город.

Самый настоящий средневековый город с двух и трёх этажными домами из камней серого, белого, чёрного и коричневого цветов, с аккуратными окнами и дверьми, крышей с черепицей, трубами, заборчиками вокруг и цветущими клумбами. С разнообразными лавками с вывесками над ними, с высокими фонарями, ходящими по тротуарам жителями в причудливых нарядах и с многочисленными каретами. В воздухе витал яркий аромат специй, жареного мяса и чего-то сладко-медового.

– «Столичный оракул»! – Кричал паренёк в смешной шапке со стопкой газет в руках. – Покупайте «столичный оракул»!

– «Дворцовые вести»! – Силилась перекричать его девчушка лет двенадцати с растрёпанными рыжими косичками и в штопанном синем платье. – Последние новости от «Дворцовых вестей»!

И цоколи копытами по каменной дороге лошади, и гремели колёса бесконечной череды разноцветных карет, хрустело на огне мясо и подпрыгивала крышка кипящей кастрюли в заведении без стен, мимо которого мы как раз приезжали, и десятки, сотни, тысячи голосов смешались воедино.

Мне вдруг невыносимо сильно захотелось выбраться из кареты и с улыбкой бродить по этому слегка безумному на первый взгляд городу, заглядывать в лавки, говорить с местными жителями и впитывать, подобно губке, знания и впечатления.

Но карета не останавливалась, как бы мне ни хотелось, а продолжала ехать прямо вперёд, куда-то туда, в неизвестность.

Страшно мне не было, лишь только самую малость волнительно. Слегка дрожали похолодевшие ладони и коленки, нервно постукивали носки о пол кареты. Уверенности не добавляло и то, что прохожие косились на мою карету, а некоторые некультурные даже пальцем тыкали, что-то удивленно друг другу выговаривая.

Примерно четверть часа спустя мы покинули пределы города и въехали в услужливо открытые огромные, выше кареты, позолоченные ворота.