Сделка с ректором. Секреты древнего континента

 – Вот Армейду своему закатывай, да почаще, да губки покусывай, глядишь, и не выдержит…

– Кас! – прошипела возмущённо и поднялась на ноги.

От этого призрака не было никакого спасения, но иногда помогало самое банальное – бегство! Сил на бег у меня не было, а через пару бодрых шагов выяснилось, что и на ходьбу их не сильно много осталось.

– Что Кас? – а этот за мной полетел, возмущаясь сильнее. – Я же о тебе забочусь, Лия! Упустишь же мужика, как есть упустишь! Ты ему от ворот поворот, а дальше что? Тебе девятнадцать лет, девочка моя, одумайся ты уже, наконец! Кто на тебя в таком возрасте посмотрит?

Есть такое явление – чрезмерная забота…

– Вот именно, что девятнадцать, а не шестьдесят, – я не оставляла попыток буквально уйти от неприятного разговора, пока дух настойчиво летел рядом.

 – Когда же ты уже успокоишься, Каспиан?

Призрак меня ловко облетел, но так как я не остановилась, то принялся лететь впереди.

– Одна ночь с Армейдом – и я нем, словно рыба, – клятвенно заверил этот… этот… даже не знаю, каким словом ласковым его назвать!

– Слушай, ты, – гневно начала всё же остановившаяся посреди лестницы я.

– Да ты подумай, от чего отказываешься! – не дали мне закончить. – Девочка, ты его вообще видела? Ты в курсе, что на его портреты сама королева слюни пускает?

Это было подло, но Кас сам начал:

– Королева – колдунья Альвхейда.

Она пускает слюни на всех магически одарённых.

Да, подло и больно, я это понимала даже до того, как сказала, но… Это было правдой. Горькой и неприятной правдой.

Обогнув застывшего Каса, дальше я пошла одна, чувствуя себя… мерзко, если честно.

* * *

О своих словах я жалела ровно до тех пор, как вошла в расположившуюся на самом верху башни спальню.

Стоило толкнуть дверь и шагнуть через порог, как взору моему предстала пугающая своим правдоподобием призрачная картина.

Слившаяся в страстном поцелуе прямо на широком столе пара… В растрёпанных волосах и спортивном костюме ясно угадывалась я, а волосы до плеч, разворот этих самых плеч и рост мужчины не оставляли сомнений в его личности.