Собственность леди Картар

С ментальной магией в своей жизни я сталкивалась лишь трижды, что очень много, если помнить о запрете данной магии в нашем Союзе. И с полной уверенностью я могу сказать, что понимаю и полностью одобряю этот запрет. Потому что эта магия – нечто ужасное, противное, склизкое и чёрное, тонкими липкими змеями заползающее тебе в голову, подавляющее всё твоё сопротивление и считывающее всё: все мысли, все эмоции, все воспоминания. От неё не укрывается ничего…

– Отследить можете? – Усилием воли прогнав совершенно сейчас ненужные мысли, спросила у правителя.

– Поздно, – вместо него ответил Мьярис, – магия рассеялась, след слишком слабый, чтобы его почувствовать.

Плохо. Причём это понимали мы все, а потому и настроение у всех заметно помрачнело.

– Вы собирались сбежать? – Вдруг спросил Аэр.

И оба, переглянувшись, повернулись ко мне лицом.

Сбежать – слишком громкое слово. Я собиралась, и собираюсь до сих пор, спрятать сестру и оградить её от опасностей, затаившихся на этих островах.

Я сделаю так, как считаю нужным. И плевать мне на чужое мнение.

– Вы не входите в круг моих доверенных лиц, – холодно возвестила я сразу обоих, а про себя добавила, что заслужить это они вряд ли смогут. Да что с них взять? Зазнавшиеся правитель и его правая рука, всю жизнь живущие по своим правилам и даже не допускающие мысли о том, что существуют другие, отличные от их.

Я не предполагаю, я просто знаю, потому что обычно так оно и происходит. И есть один чудесный способ это проверить:

– Ради чего вам нужен вход в Королевский Союз? – Спросила я у них.

Если ответят – будут полными глупцами. Если смолчат, значит, что-то скрывают, и истинная причина отлична от озвученного ими «Политико-экономическая дружба».

И они не подвели. Аэр, даже не задумываясь над вопросом и своим ответом, глядя мне прямо в глаза, произнёс:

– Причина была озвучена в моём прошении.

Лучшая защита – это нападение. Эймонт только что продемонстрировал, что данный урок отлично усвоила не только я. А ещё он только что показал, как виртуозно умеет врать. Такой убедительный тон, немного обвинительный взгляд и совершенное спокойствие и уверенность в себе.

Так выглядит человек, которому нечего скрывать.

А ещё так выглядит человек, что уверен: о его лжи никто не узнает.