Танец с ректором. Тайны магической академии

Сияние рассыпавшегося цветка, словно не заметив моего сопротивления, окутало руку и истаяло, оставив после себя не стирающийся и никакими судьбами не убирающийся рисунок на тонкой коже – россыпь нежно фиолетовых цветочков сирени с редко проглядывающими сквозь них веточками, соединяющимися в нарисованный браслет.

Ошеломляющим было осознание: прямо в этот миг с ощутимым, привлекающим внимание покалыванием на руке лорда Армейда появился точно такой же рисунок. Они вообще всегда уникальные, одни на пару, чтобы можно было легко отыскать своего избранника.

Ну, девушкам легко, мы хоть лица видели. А вот мужчинам ходить и проверять руки всех подряд женщин на континенте – то ещё развлечение. Чаще всего они сами никого и не искали, этим девочки занимались.

Сидя на полу в своей комнате и не находя в себе сил отвести взгляд от рисунка, я со всей серьёзностью осознавала: хорг я Армейда на танец позову. Ни за что. Даже под угрозой жизни. Нет.

– Лия, – соседка тоже на пол опустилась, подползла ближе, села рядом и заговорила растерянно, пытаясь успокоить, – да ладно тебе, это же просто глупое развлечение.

Никто не заставляет тебя после танца выходить за него замуж.

Кто-то взвыл. Я!

Моему горестному вою вторил другой – потусторонний, откровенно издевающийся. Впрочем, насмехался Каспиан недолго, влетел в комнату традиционно через стену, но полетел не к нам, а почему-то к окну.

Мы молча и слегка удивлённо проследили за тем, как по движению призрака, лишённого магии и возможности контактировать с окружающим миром, окно открывается.

В комнату мигом влетел морозный ветер… и каменная гаргулья. Вообще непонятно, как она летала – крылья же из камня.

Но как-то летала – факт. И теперь, поднявшись аж на седьмой этаж, оглядела всю комнату горящими алыми глазами, углядела сидящих на полу нас, хмыкнула и слетела на пол.

Окно за ней тут же закрылось, так что сразу стало понятно, что и открывала его тоже гаргулья.

И вот только после этого Каспиан полетел к нам.

– Утречка, девки, – это его пагубное влияние адептов таким словам научило, – Лия, ну-ка ручки покажи.

Смутно догадываясь о причинах такой просьбы, боязливо подняла ладони.

Кас подлетел, внимательно, пристально вгляделся в волшебный рисунок на левом запястье. Хмыкнул почему-то, посторонился и уже не мне:

– Такой, Гркан?

Гаргулья, царапая наш деревянный пол каменными когтями, приковыляла поближе.