Крылья проклятого ректора

– Это так жестоко, – не сумела смолчать.

– Мир жесток, – просто напомнил тот, кто знал об этом, пожалуй, лучше всех.

– Мне не хочется соглашаться с вами, – позволила себе тихое признание, смахивая слёзы с ресничек и, наконец, опуская взгляд на содержимое меню.

Оно было разнообразным и привлекательным – от изысканных закусок до аппетитных горячих блюд, которые наверняка великолепно сочетались с вином, представленным на отдельном вкладыше.

Так, стоять, Лина. Пить мы сегодня не будем.

Пока я перелистывала странички, Роэндар неотрывно смотрел на меня поверх своей книжечки, и в итоге произнёс:

– Вы юны, неопытны, очень наивны и в чём-то категоричны, Элинари, что свойственно вашему возрасту. Вероятно, когда-нибудь однажды мне придётся пожалеть об этом решении, но сейчас мне кажется бесчеловечным разрушить ваше ошибочное видение мира и показать беспощадную суровую реальность.

Замечание про возраст мне не понравилось, да и вся фраза в целом была несколько снисходительно-оскорбительной, хотя мужчина, кажется, не желал меня задеть.

Метнув на него хмурый взгляд, я помолчала, решая, смолчать или ответить. Вероятно, споры будут бессмысленны, но не проверишь – не узнаешь.

– Насколько я могу судить, лишь у одного из нас категоричная позиция, – проронила осторожно.

Лорд Эвертон негромко усмехнулся, искривив губы, и значительно мягче сказал:

– Всего лишь жизненный опыт.

Да, опыт у него действительно был.

Ему же… сколько? Точно сильно больше тридцати. Десять лет назад мне было восемь, а он уже участвовал в государственном перевороте. Сколько ему тогда было? А императору? А ещё очень заинтересовал вопрос – есть ли Истинная пара у самого лорда Эвертона? Может быть, это леди Иретта Кармен? Но стали бы они тогда разрывать помолвку? Интересно, а может ли обида от предательства быть сильнее драконьей Истинности?

– У вас потрясающе открытое лицо, – вдруг задумчиво проронил один из этих самых драконов.

 – А в глазах сверкают точно не муки выбора блюда.

Вновь посмотрев на него, поняла, что сам мужчина не направил на меня ни взгляда.

Посидела, покусала губы, нервно шевеля пальчиками ног. Спросить очень хотелось, но как это будет выглядеть? Это не моё дело. Меня его личная жизнь не касается. Это будет очень бестактный вопрос.

Нужно промолчать.

С этим пониманием я и открыла рот.