Грехи не смоешь даже океаном…

– Мам, а теперь широко раскрой свои объятия и встречай свою единственную и любимую дочь!

– Вот и вылезли опять наружу все твои пятьдесят оттенков, как и у твоего отца!

– Но несмотря на наши с отцом пятьдесят оттенков ты нас любишь больше себя и жизни!

– Солнышко, что, верно, то, верно, и я любому перегрызу глотку кто посмеет вас обидеть!

– Родная моя, я знаю, поэтому я тебя и люблю больше всех и всего на свете!

– Девочка моя.

– С приездом! – и крепко обнимает мать.

– Спасибо.

– Как же ты вкусно пахнешь, – и глубоко вбирает запах её духов и тела.

– Солнышко, иногда достаточно одного запаха, чем миллион сказанных слов, – шепчет она нежно ей в самое ушко.

– Что, верно, то, верно.

Мария, отстранив дочь от себя смотрит в синеву её глаз.

– Ребёнок мой, как же я по тебе соскучилась!

– Мамуль, этот месяц тянулся для меня длиной в год, – и долго смотрит в любящие синие глаза матери, которые напоминают драгоценные камни, блеск которых способен на невозможное.

 – Многие смотрят на меня и ничего, но стоит посмотреть тебе, как сердце учащает своё биение в груди, становится тепло и весь мир будто останавливается только ради этого мгновения!

– Солнышко, так и должно быть, ведь мы с тобой два родных человечка, мать и дочь, а между матерью и дочерью всегда тесная связь. Вот когда сама станешь мамой тогда меня и поймёшь, – и поцеловала дочь. – Доча, я счастливая жена и мать и за это отдаю хвалу и должное Господу.

– Мамуль, – и Елизавета протягивает ей роскошный букет белых хризантем.

– Солнышко, спасибо за столь роскошный букет, – и одарив дочь улыбкой берёт с её протянутой руки букет.

– Мамуль, поверь мне, что этот скромный букет рядом с твоей красотой просто блекнет!

– Лизунь, детка, ты, как всегда неповторима!

Алекс подошёл сзади и обнял дочь.

– Доча, спасибо за вечер, всё было супер, – шепчет он ей в самое ухо, и Лиза поворачивается к нему всем своим хрупким корпусом.

– Это потому, Алекс бей, что ваша дочь не бездарна и в её жилах течёт ваша кровь! – похвалила она себя красивую и любимую.

 – Папуль, – и потянувшись поцеловала отца в щеку.

– Доча, выглядишь как всегда сногсшибательно и на миллион!

– Я выгляжу сногсшибательно и на миллион потому, что от красивых родителей рождаются красивые дети! – за словом в карман не полезла она.

– Вот здесь я с тобой согласен и на все сто! – и одарил красавицу дочь своей ослепительной голливудской улыбкой.