Изумрудный рассвет

Не понимая, что происходит, Воронцов, до этого внимательно смотревший себе под ноги, поднял, наконец, глаза.

То, что он увидел, было невероятно настолько, что он тут же зажмурился. Впрочем, большой четырёхмоторный самолёт, летящий, как казалось, прямо на него, никуда не исчез и после того, как Юра глаза вновь открыл.

От второго гудка «Яхонта» у него заныли зубы.

Машина приближалась справа. Она шла низко над водой, вдоль берега; лётчик, похоже, собирался посадить её в той же бухте, где нашёл убежище дирижабль.

С самолётом явно творилось неладное. Оба двигателя на левом крыле работали с перебоями и «стреляли», правые движки натужно ревели. За машиной тянулся дымный след.

Все последующие события произошли очень быстро.

Неизвестный лётчик, наконец заметивший слона в том месте, где он намеревался плюхнуться, сперва потянул рычаг на себя, но, увидев, что не успевает набрать высоту, резко отдал его и взял правее, намереваясь проскочить под брюхом воздушного корабля, ближе к его корме.

Скорее всего, гигант не почувствовал бы прохода самолёта под своим телом, но, чего?то испугавшись, лётчик включил форсаж как раз в тот момент, когда его машина скользила под килем «Яхонта».

Корма дирижабля медленно пошла в сторону и вниз. Нос, соответственно, качнулся вверх. Юре с той точки, где он находился, не видно было Анатолия Ивановича, но, судя по всему, тот тут же попытался выровнять корабль. Маневровые движки взревели… И заглохли.

Хвостовой плавник самолёта перерезал топливную магистраль, проложенную рядом с обшивкой дирижабля.

Потеряв часть хвоста, почти потеряв управление, чужой аппарат взмыл над каменистым мысом, прикрывающим бухту с востока, и скрылся за ним.

«Вот мы и встретились с ночным птеродактилем-буревестником!» – промелькнула мысль в голове у юноши. И тут же он, забыв обо всём, сломя голову, понёсся к тому месту, где оставил обвязку. Она стремительно удалялась, поднимаясь выше и выше. Трос скользил по песку, разматывая петли.

Юра прыгнул, надеясь успеть ухватиться, но куда там! Конец верёвки издевательски качался над ним на недосягаемой высоте.

Напирающий спереди ветер всё сильнее задирал нос «Яхонта». А корма его опасно приближалась к воде. Корабль казался целым, но понятно было, что на одной из его секций повреждена оболочка, и часть лёгкого газа сейчас уходит в атмосферу.

Подать дирижабль вперёд капитан не мог – там был опасный склон.