Страгглеры

Длинные, когда-то ухоженные волнистые волосы, заплетённые в толстую косу – предмет особой гордости, – спутались и походили на грязную засаленную веревку, норовившую обвиться вокруг шеи. Она повернулась к Альке и сказала:

– Клянусь, как только выберемся из этого кошмара, пойду в церковь и поставлю огромную свечу за спасение. Только не знаю, какому святому ставить. Подскажешь?

– Нет, – пожала плечами та. – Поставь свечку возле иконы всем святым, они сами как-нибудь разберутся.

– Шутишь? А я тебя серьезно спрашиваю, – возмутилась Галка.

– Волк, они уже в религию ударились, – прошептал Пашка.

– Пусть ударяются хоть в мистику, лишь бы не плакали, – размазывая грязь по лицу, ответил Вадим.

– Надо идти. У нас будет время привести себя в порядок. Кроме того, девочки, хочу вас успокоить: слой грязи меньше одного сантиметра – это не грязь, – пошутил Андрей.

– А если больше? – буркнула Нина.

– Сама отвалится.

– Точно, Рыжий. Чем больше грязи, тем ширше морда! А чем ширше морда, тем сплоченнее наши ряды, – вспомнил Пашка избитую туристическую поговорку.

Нина махнула на остряков рукой и побрела вслед за Андреем.

– Батарейки почти сели, что будем делать без света? – вздыхала Светлана.

– А если сделать факелы? – предложила Галка.

– Из чего? – обернулся к ней Вадим.

– Из лишней одежды, – не задумываясь, ответила девушка.

– Хотелось бы узнать, где ты возьмешь лишнюю, а главное сухую одежду?

– Хватит болтать! Надо идти пока фонарики светят, – прервал их Андрей.

– А потом что будем делать? – спросила Нина.

– Выберемся! У нас есть запас свечей.

Товарищи по несчастью медленно шли по галерее, ощетинившейся остриями сталактитов, сказывались усталость, скудость освещения, голод, трудный маршрут. Большую часть пути ползли. Когда выбивались из сил, Андрей разрешал короткий отдых, затем вновь поднимал группу.

Никто не знал, сколько прошло времени. Устав ползти на четвереньках, путешественники, как только им представился случай, свернули в просторный туннель.

Пройдя с десяток метров, вышли к большому водоему. Ни рябь, ни волны не колебали воду, отражавшую слабый свет фонаря, блики от которого попадали на потолок, а оттуда опять на воду, искажая дно. От игры призрачного света озеро казалось пугающе бездонным.

Несговариваясь, вернулись в предыдущую галерею, где в небольшом тупичке, примыкавшем к длинному узкому туннелю, расположились на отдых.