Главное, что оно будет…

За все это время Настя не приснилась ни разу, а тут такое…

И поведала все, что видела. Екатерина долго молчала, потом подняла брови и сказала:

– Я даже не знаю, что это может значить. Если предположить, что Настя злоупотребляла наркотиками, это бы показала экспертиза, которую проводили после аварии. Но там все чисто. Не знаю…

– Но Вадиму никаких экспертиз не проводили, может, там что-то не то?

– На основании чего? За рулем была Настя, скорость огромная, не справилась с управлением. А если и так, что это меняет?

– Ничего не меняет, – тихо произнесла Людмила, и на ее глазах навернулись слезы.

– Люда, ну хватит, – сочувственно сказала Екатерина и обняла сестру сзади за плечи, – держись, я рядом.

Они стояли так несколько минут, слушая биение сердец друг друга.

– Может, съездим на кладбище вместе, отвезем ей пирог, – спросила Люда.

– Конечно, иди, собирайся, я пока шарлотку заверну.

Людмила ушла наверх, в спальню, а Екатерина посмотрела на место, где раньше сидела племянница с Леопольдом на коленях и весело рассказывала о событиях своей жизни.

Они любили болтать практически ни о чем, и в то же время обо всем. Екатерина никогда не была замужем, у нее нет детей, на первом месте карьера. Ей сорок семь, рожать поздно, и все общение с детьми – только любимая племянница, в которой она души не чаяла. Всегда помогала пристраивать питомцев среди знакомых, сотрудников и друзей. У них было общее дело.

А сейчас его нет и уже не будет. На душе у Екатерины заскребли кошки, и в этот момент, будто чуя, что она думает о его хозяйке, вошел Леопольд, потерся о ногу женщины, пару раз мяукнул и лег на любимый стул.

«Выходила тебя все-таки, остался жить у своей спасительницы», – подумала женщина и ласково погладила кота по голове.

Через двадцать минут сестры уже ехали на кладбище, где была похоронена Настя. По дороге купили ее любимые цветы – белые лилии.

Они подъехали к воротам, вышли из машины и направились к могиле. Стояла глубокая осень. Листва вокруг была ярко-красной, оранжевой и желтой.

Она шуршала под ногами и медленно кружилась вокруг.

Тишина, пронзительная тишина напоминала, что кладбище – это особое место, где должны покоиться мертвые. Лишь изредка пролетали вороны и издавали крик, который возвращал в реальность.

Женщины шли молча, взявшись за руки. Свернув направо, они оказались около двух могил, расположенных рядом. Могилы Насти и Вадима, жениха и невесты, у которых одна дата смерти на двоих.