Семнадцать мгновений июня

Немного подумав, я ещё похлопал глазами и глубокомысленно повторил:

– О-о…

– Ну как? – Лиза силком развернула меня к витрине, и я моргнул, пытаясь прогнать ощущение, что в глазах двоится.

Из витринного зазеркалья на меня смотрел я сам – в двух экземплярах. Второй экземпляр казался помладше, у?же в плечах и обладал чуть повышенной лохматостью, но…

Вылитый я.

«Младший» шмыгнул носом, подмигнул мне нахально и спросил:

– Ну что?

Бесенята, уже не скрываясь, взирали на меня с нескрываемым превосходством.

– Проспорил, – смирился я, поворачиваясь к Лизе и внимательно рассматривая своё второе отражение «вживую». С новой причёской и впрямь было непросто на первый взгляд узнать в ней девочку, а ведь подумаешь, какой мелочью казалась косичка. Немного поразмыслив, я всё-таки уточнил: – А родители тебя не убьют? За мальчуковый вид и всё такое?

Лиза аккуратно зачесала вихры ободком, сразу приобретая положенный девчачий вид, и усмехнулась:

– А что такого?

– Ну-у, тебе, конечно, видней…

По Лизкиному лицу скользнула внезапная – и так знакомая мне – тень.

– Да сами виноваты. – Лиза на мгновенье отвела взгляд. – Я сколько раз грозилась: переедем – отрежу!.. Ну и вот. Переехали.

– Могёшь, – оценил я, и мы, крайне довольные друг другом, звонко хлопнули ладонями, «давая пять», и пошли дальше по улице – куда глаза глядят и ноги несут.

Наша мифическая родственная связь сократилась примерно до «кузенов», солнце заливало улицу, и было нам обоим хорошо и просто вот так идти по городу.

Лиза рассказывала о своей судьбе, о «побеге из мегаполиса» начитавшихся умных книжек родителей, оставшихся в Москве друзьях, о том, как простыла при переезде – продуло в машине. А ещё о надежде, что рано или поздно мама одумается и отговорит папу оседать здесь на ближайшие пару лет…

Между делом выяснилось, что Лиза учится на класс младше меня, перешла в девятый, но реальная разница в возрасте была ровно полгода. Я родился в феврале, она – в августе.

Ноги нас занесли к переулку, сворачивающему к Вокзальной площади, как гордо именовался пятачок у одноэтажного здания с претенциозными колоннами, совмещающего в себе роль железнодорожного вокзала и автостанции разом.

Пройдя шагов двадцать, я почувствовал, как заныл заклеенный пластырем большой палец на ноге, и принялся оглядываться по сторонам.

– Что ищешь? – поинтересовалась Лиза.

– Ногу вчера где-то здесь порезал о железяку. Выкинуть её подальше надо, пока кто из мелочи не наступил, как я.