Перевёртыши

Вопил так, что я боялась, нас выселят из отеля. Если бы я своими глазами не видела его с девицей, то вполне могла бы поверить, что он настоящий верный муж и искренне хочет узнать, что произошло. Но я видела их целующимися, и мне противно было растолковывать Валере такие простые вещи.

На второй неделе отдыха в Турции муж прекратил все свои попытки. Приехав домой, он просто позвонил на работу, напросился в командировку, взял чемодан и уехал. Вид Лерки, покидающего нашу квартиру с чемоданом в руках, был очень символичный.

Меня не покидало ощущение, что он уходил навсегда. «Кризис семейной жизни» – так это называется? Очевидно, наш общий путь подошел к развилке. И есть риск, что дальше каждый пойдет своим путем. Наверно, мы стали чужими.

С ранней молодости я мечтала о семье, детишках. С Леркой мы поженились, когда мне было двадцать. Практически сразу один за другим родились мальчишки Женька с Сережкой. Поначалу, не имея своего жилья, мы тыркались по родителям. Потом получили свою квартиру. Со временем обзавелись машиной и дачей.

Все как у людей.

Валерка для меня был центром моей Вселенной – общие дети, квартира, дача, машина, жизнь. Да, порой наше общение происходило от случая к случаю, трудно бывало найти моменты просто побыть наедине. Работа и дети забирали все время на себя. Всего пару-тройку раз родители давали нам возможность съездить куда-то отдохнуть без любимых чад.

Мы с Валерой всегда были одним целым – две половинки. А потом вдруг оказалось, второй половинки у меня нет.

В моей квартире живет незнакомый мужчина, целующийся с незнакомыми девицами. Что особенно больно поразило – вполне открыто. Значит, все вокруг в курсе, что он изменяет жене. А я, как это обычно бывает, единственная ни о чем не подозревала и узнала обо всем последней.

Наверно, с момента обнаружения, что злосчастный комплект нижнего белья предназначался другой женщине, у меня на лбу проставилась метка женщины с неудавшейся личной жизнью. Иначе как объяснить столь явно возросший с зимы интерес Лагина? Я очень старалась не выходить в отношениях с ним за рамки дружбы.

Но весь офис считает нас любовниками. Да и сам Илья нет-нет, а позволяет себе некоторые вольности: то обнимет, то в щеку чмокнет. Правда, после одергивания сразу все обращает в шутку: «Танюш, ну не мастак я общаться с женщинами. У меня есть единственная любовь – моя жена. Вот и общаюсь с тобой, как и с ней. Веришь? Не со зла».

В голову приходит прекрасная мысль, выбить клин клином.