Стрелкотня

– Но я…

– Да понятно. Никто не думал.

– …Они грабанули оружейку, —произносит вдруг Слава нарочито будничным тоном.

– Да! – тут же оживляется Глеб. – И топали к эвакуационному выходу! То есть, на нижний ярус.

Андрей соображает быстро:

– А, так они поэтому в коридор сунулись! Потому что к лестнице шли. А тут мы, значит… Кир! А может, стоит просто им дорогу перекрыть, а? Хотя нет, они уже пройти успели, эх…

– Мы не спецназ, – ровным тоном говорит Кир, переставляя последнюю, початую пачку патронов.

«Если конечно, они не против оставить у себя за спиной свидетелей, – холодея, понимает вдруг Ната. – А может, они только и ждут там, за дверью, пока мы высунемся…»

И тяжёлая стальная дверь, которую Ната несколько минут назад помогала закрыть, вновь кажется не слишком надёжной преградой.

Ведь рано или поздно придётся за неё выйти.

– Можно попытаться их нагнать! – продолжает в запале строить предложения Андрей.

– А сколько у них – неизвестно.

Андрей сникает.

И тут Слава ещё раз открывает рот:

– Эти уроды хотят выбраться отсюда и вынести оружие в город.

– Слав, ради Бога, объясни нам, сирым умом, что ты предлагаешь? – Кир снимает стрелковые очки и смотрит на парня с какой-то бесконечной усталостью во взгляде.

– Я?.. Нет, Кир, ничего.

Звучит почти с вызовом, но Кир, кажется, решает этого не замечать.

– Ладно… Так, что ещё у кого есть? Полезное в данной ситуации.

Глебка тут же начинает перечислять содержимое своей мегапонтовой жилетки. Андрей ехидно комментирует.

К вопросу о «нагнать» никто больше не возвращается.

Ната находит взглядом Дашку, хочет спросить что-нибудь у неё – такое нейтральное, невзначай, типа… но в голову лезет всякая чушь. И в глубине души ровным счётом ничего спрашивать-то на самом деле не хочется. И ответов Дашкиных слышать – тоже.

И вообще хочется свернуться в уголочке, закрыть глаза и потом, когда откроешь, обнаружить, что всё это – дурной сон, всё это – можно отменить, переиграть, переделать…

Но сон не заканчивается… и не закончится никогда.

Этот ночной кошмар случился наяву. И пистолет под рукой – настоящий. И Дашкина кровь настоящая.

И смерть тоже будет – самой настоящей.

В темноте и неизвестности.

– …Славян, а у тебя случайно нет… Слав? Эй! А где Слава?!

Без Славы. Андрей

Андрей внезапно забывает, что хотел спросить.