Коэффициент дружбы

Слегка запыхавшийся то ли от бега, то ли от жажды мести мужик с всклокоченными отросшими волосами, чье тело прикрывали лишь легкие шорты до колен, остановился у открытого проема и внимательно стал вглядываться поверх зарослей, ища своего обидчика. Наталья сразу же поняла, что перед ней наемный работник, от которого можно ждать чего угодно.

– Добрый день, – дипломатично пискнула Наталья осипшим голосом.

Сосед перевел взгляд вниз, и практически вплотную к себе увидел расположившуюся на земле женщину в зеленом офисном наряде, сливающимся с окружавшей ее травой.

Его заросшее щетиной загорелое лицо из угрожающе-злобного вытянулось в удивленно-непонимающее. Очевидно, офисная барышня была не совсем тем, что он ожидал увидеть среди зарослей лопухов.

– Думал, мальчишки балуются, – мужчина явно изо всех сил силился сдержать смех, а потому включил галантность и предложил обидчице измазанную мазутом руку. Впрочем, предварительно он вытер ее об единственный элемент своей одежды. – Игорь.

Наталья тоже с удовольствием расхохоталась бы, если бы не она сама сидела на щебенке среди сорной травы, но что-то сейчас не было желания.

– Наталья Георгиевна, – Наталья с сомнением посмотрела на протянутую руку, прикидывая, что больше нанесет ущерб – прикосновение к грязной руке незнакомого Игоря или самостоятельный подъем на ноги. После секундного размышления она все-таки взялась за протянутую руку. Корячиться перед незнакомцем совершенно не хотелось. Это только Сандра Булок в «Предложении» смогла с колен аккуратно подняться на шпильки, а тут реальная жизнь и надо еще суметь хотя бы на колени элегантно встать.

 – Спасибо.

Тут же мощный рывок подхватил ее вверх с такой силой, что чтобы притормозить и не упасть по новой, Наталье пришлось вцепиться обеими руками в голые плечи сомнительного спасителя.

– Спасибо, – еще раз выдавила из себя Наталья, пытаясь удержать равновесие и отстраняясь подальше от насмехающегося мужчины.

Госпоже Филипповой здорово не понравился цепкий, как будто жуликоватый, оценивающий взгляд мужика, который в сложившейся обстановке смел еще и улыбаться.

Будучи руководителем верхнего эшелона, она привыкла, что окружающие обращаются к ней если не с придыханием, то по крайней мере с должным пиететом, который не предусматривает столь откровенное изучение ее личности. В обычной жизни холодный и официальный взгляд Натальи Георгиевны сразу же ставил на место всех непонимающих. Возможно потому, что изначально люди играли по правилам.