Секретарь палача

И страсть в этот раз была совершенно ни при чем. Иден был крайне зол и, похоже, серьезно сомневался в моих умственных способностях. Не понимая, о чем вообще идет речь, я пожала плечами и слегка надавила на переносицу, чтобы остановить кровь. То, что лечение потенциальных сотрудников не входит в обязанности мужчины, как и вызов лекаря, я уже поняла.

– Не понимаю, о чем вы?

Глаза Идена превратились в щелочки, меня недоверчиво оглядели, тихо фыркнули, а потом ехидно спросили:

– То есть вы не знали, что от длительного нахождения в таком состоянии фениксы умирают? Что уже через десять – пятнадцать лет возвращение в истинный облик вызывает вот такую эйфорию, из-за которой можно случайно погибнуть по собственной глупости?

– Что? – Платок выпал из моих ослабевших пальцев.

Это не могло быть правдой, иначе отец не настоял бы на таком способе маскировки!

– Не знали? Ну надо же! – Палач громко хмыкнул.

Я едва сдержалась от язвительного замечания – воспитанные лэры так не делают.

– Фениксы не могут находиться в полностью измененном состоянии больше двадцати лет, это их убивает.

То есть еще несколько дней в виде месс-мыши, и я труп?

– Месс, давайте пугаться вы будете потом, – раздражающе спокойно предложил Иден. – Сейчас меня интересуют три вещи: первая – ваше настоящее полное имя, второе – почему вы скрывались и третье – как скоро вы придете в себя и приступите к выполнению обязанностей секретаря?

Я решила последовать его совету, мне нужно было многое обдумать и переосмыслить, а делать это лучше всего в одиночестве.

Судя по нетерпению, явственно написанному на лице мужчины, он торопился. Наверняка мое возвращение заняло много больше времени, чем он планировал. Отвечала я односложно и по сути. Чем меньше скажу, тем меньше вероятность, что потом запутаюсь.

– Арлина Этни.

Имя настоящее – не такое оно редкое, чтобы придумывать себе прозвище. Имя рода – липовое.

Последний представитель этого рода был убит пять лет назад на дуэли, у огненного феникса был буйный нрав, вспыльчивый характер и просто ненормальная, даже для нашего народа, тяга к противоположному полу.

На его небольшой дом на окраине столицы претендовали то ли тринадцать, то ли пятнадцать детей. Погибший ловелас охотно давал всем отпрыскам имя своего рода, так что у его поверенного теперь было предостаточно проблем, так как завещание он не написал.