Ее высочество в бегах

На первый взгляд, ничего примечательного. Вечер пятницы, девочки решили снять напряжение в клубе. Начали с коктейлей, перешли на водку, пожевали марку, словили кайф. Может, и в водку с коктейлями тут добавляют что-нибудь интересное – чистое спиртное на обращенных не действует, по крайней мере, не в таких количествах. И все бы ничего, но наркоманкой Алисия Кантер не выглядела. Диссонанс между эмоциональным запахом – даже мать еще не довела себя до такого состояния (хотелось верить) – и поведением не давал Линде покоя.

Вампиры на этой стадии не думают ни о чем, кроме наркотика. Не могут работать. Не могут нормально общаться. Не могут спать и есть. Линда слышала, что в особо тяжелых случаях организм обращенного не воспринимает свою естественную пищу, человеческую кровь. Алисия Кантер выглядела здоровой и полной сил женщиной и не имела проблем с когнитивными навыками.

– Привет, красавица! Тут написано, что вы открываете в девять. Уже половина десятого. Между прочим, тут была толпа клиентов!

Сидевший на ступенях у входа в салон вампир поднялся на ноги и снял кожаную куртку.

Дубина ростом под два метра. Светлые волосы убраны под тонкий плетеный обруч, руки и шея в татуировках, но работа не современная. Наверное, успел сделать до обращения. В те времена, когда здоровые мужики поклонялись Одину и мечтали попасть в Валгаллу.

Линда вдохнула легкий аромат Old Spice и глянула на костяной медальон незнакомца с выгравированными на нем рунами.

– Привет, викинг. Что же ты их не задержал?

– Мой приятель-оборотень меня тоже так зовет, – разулыбался вампир.

– Оборотень? Нечасто встретишь такую пару друзей. Гуляете по барам и пытаетесь друг друга перепить?

– Сразу видно, что ты никогда не пила с оборотнями, красавица. Они же никогда не пьянеют. Мы можем разорить бар!

У вампира были цепкие серые глаза, и что-то в глубине этих глаз подсказывало Линде: если он и дубина, то очень опасная.

– Меня зовут Улаф, – по-прежнему сияя улыбкой, представился он. – А тебя, красавица?

– Линда.

 – Вампирша открыла дверь и жестом пригласила викинга войти. – Хочешь дополнить коллекцию?

– Почему бы и нет? Фотографии работ там, снаружи, ничего. Твои рисунки?

– Брат тоже рисует. Но, в основном, мои.

Улаф опустился в одно из кожаных кресел у журнального столика и взял альбом в темно-зеленой обложке. Линда включила компьютер и открыла кассу. Пробковая доска на стене за прилавком, на которой владелец салона оставлял сообщения, пустовала.