Литературные страницы – 3. 2020

2020

Погиб поэт

Татьяна Смышляева.

10 февраля – День памяти Александра Сергеевича Пушкина. В этот день в 1837 году великий русский поэт умер после ранения на дуэли с Дантесом.

Погиб поэт… Был непреклонен

И не смирился с клеветой.

За честь жены, он на дуэли

С Дантесом был у речки той…

Он не любил ходить на балы

И всей придворной суеты.

А Натали блистала в свете

Как «гений чистой красоты».

Дантес имел успех у женщин,

Всем он вниманье уделял.

При дворе был знаменитым,

Он ловко так в себя влюблял.

И слухи о неверности жены,

Что Дантес её смог покорить —

Вскоре анонимные письма

Стали Пушкину приходить.

И вот дуэль на пистолетах,

Причины нет чтобы жалеть.

Стрелялись в двадцати шагах,

Нет шанса у обоих уцелеть.

Дантес же целился умело —

Первым выстрелом в живот.

Раненье Пушкина смертельно,

Ну а Дантес?..Дантес живёт.

Ответным выстрелом поэт

Дантеса ранил лишь слегка.

А рана совсем не большая,

Задета пулей правая рука.

…И с дуэли той печальной

Прошло уж очень много лет.

Навеки Пушкин для России —

Великий русский наш поэт.

Душа поэта

Николь Аракелян.

Мудрость вечности в юном теле

И во взгляде душа поэта,

А улыбка луной согрета

На туманной ночной постели.

В снах запретных, касаясь тайны,

Заплетая желанья в косы,

Прикоснуться к дыханью просто

И иллюзии быть реальной.

Тайный помысел станет явным,

Темноту выжигая, светом,

Что хранится в душе поэта,

Отражаясь в луне зеркальной…

Только будь осторожен

Николь Аракелян

Только будь осторожен, пожалуйста, будь осторожен,

Если порознь и вместе уже мы, наверно, не можем,

Если вместе и врозь невозможно уже находиться,

И желанье одно – в сигаретном тумане забыться.

Только будь осторожен – закрой для прохожих все двери,

Пусть они в забытьи, только в бога единого верят.

И побег от себя и от чувства уже невозможен.

Уходя в никуда, я прошу – только будь осторожен.

Заклинание

Николь Аракелян

Нитью из роз, как волшебник, искусно,

Я заплету тебе новые чувства.

Бритвой пройдя, как рисунком наскальным,

Шрамом останусь на сердце хрустальном.

Пламя зажгу, и ты будешь отныне,

Словно в бреду, только звать мое имя.

В ликах икон и в безумной толпе

Будет являться мой образ тебе,

В снах мимолетных, и в пении птицы,

Я разрушаю запретов границы.