Полет за потерянной душой. Этот мир придуман не нами

Нумлаха как-то сказал, что „какая-то часть меня действительно умрет“, если я прыгну, но не смогу долететь до выступа или удержаться на нем. – Соберись!, – скомандовал я себе. – Чего ты раскис?»

Мне страшно здесь, и так темно, и сыро,

Здесь только гниль, одна лишь пустота.

А помнишь ты, как хорошо нам было?

Ну а теперь, я попал сюда.

Я затих, оцепенев от ужаса и отвращения. Пытался бороться со своим страхом, но он окутывала меня так же, как эта липкая масса, тянущаяся своими щупальцами ко мне. Всем своим видом эта безжизненная структура, которая окружала меня, указывала на пустоту.

Пустота – слишком абстрактное понятие. Так же, как дружба, любовь и смерть. Их нельзя представить. И невозможно понять. Было такое чувство, что эта масса с интересом наблюдала за мной, и все движения были медленными, словно растягивала свое удовольствие. Я начал себя успокаивать, чтобы взять в руки свой страх и подавить его, пока он не вырос до больших масштабов.

– Тихо, тихо! – передо мной появился Нумлаха, держа палец возле губ, – Вздохни глубоко и отпусти свой страх.

Я тебе говорил, что нужно учиться бороться со страхом.

– Легко сказать, – ответил я шепотом, – Что мне делать?

– Не торопись и никогда не торопи события, – он спустился еще ниже, чуть ли не касаясь этой янтарной массы, – Будем учиться летать.

– Летать? – с удивлением переспросил я, – Но, я умею летать

– Учиться управлять своим сознанием, и своей душой. Когда я был молод, тоже имел свои страхи, которых принято бояться. Сначала вздохни глубоко и выдохни.

– Но, – протянул я, и посмотрел на желе.

Было такое чувство, что мои ноги увязли в нем. А щупальца медленно, словно смакую мгновения, ползли. Щупальца жили своей жизнью, они нервно подрагивали и мало того – они медленно перемещались и одновременно росли, оставаясь при этом неизменного диаметра. Неожиданно на моих глазах все пять щупалец судорожно задрожали, словно в экстазе, это продолжалось несколько секунд и стали набирать скорость, чтобы присосаться к моей душе.

– Они засасывают меня.

– Повторяй все, что я скажу. Ты же не хочешь здесь остаться навеки?

Я мотнул головой и стал делать то, что говорил Нумлаха. Сосредоточился и стал управлять своим телом. Мысленно стал себе говорить, что все хорошо, пытаясь приподняться и медленно взлететь. Вначале было сложно выдернуть свое тело из вязких неприятных на ощупь массы. Когда я был занять своими делами, то мои ноги оторвались от желе, и я повис над ним.

– Не торопись.