Полет за потерянной душой. Этот мир придуман не нами

А в мире свободном, красот и тепла,

Заповедь есть – не делать вреда, —

пришли мне стихи на память. «Кладезь поэзии», – усмехнулся я себе.

– Ты специально мне не помогал? – спросил я, глядя, как «надувные животы», так назвал эти безликие головы, раскрывали широко рот, и проглатывали тех, кто падал в болото, после битвы. И снова возник стих об обжорстве. Только чьи стихи были, мне уже было не важно. Они рвались, словно, на свободу:

– Бездонна бочка, как живот.

На то смотреть невыносимо.

Не ешь ты пищу – просто жрешь!

И страсть твоя неудержима.

Обжорство – трудно осознать,

Когда вся жизнь в ключе едином.

Поесть, поспать и снова жрать…

В своем довольствии паршивом.

Прочитав стих и глядя на эти комические головы, я вдруг почувствовал, что меня стало распирать от смеха. Я смеялся, как никогда в жизни не смеялся. Мой смех поднимался откуда-то изнутри и щекотал горло, вырываясь на свободу. Глядя на меня, расхохотался и Нумлаха, наклоняясь то вперед, то откидываясь назад, держась за живот, который сотрясался от смеха.

Он хохотал, как мальчишка. Болото заскрипело, забулькало и на поверхности как пузырьки стали лопаться головы. У меня возникло чувство, которое я совсем позабыл, пока смеялся, – чувство страха. И все снова и снова – взрывы смеха, когда смотрел как лопаются головы и рвутся гниющие плоти монстров.

– Я знал, что, подвергшись этому испытанию и выдержав его, ты больше не будешь воспринимать это, как что-то отвратительное.

Они все выглядят комично, если смотреть с другой позиции. Пока ты будешь здесь находиться, то уже не будешь бояться, что это может тебя поглотить. Да, и я этого не позволил, если бы увидел, что все пошло не так.

– Спасибо. Я думал, что ты будешь ждать, когда они меня сожрут, – рассмеялся я, хотя мне было не до смеха.

Но, я прекрасно понимал, что только так могу узнать, какие здесь обитают духи, и человеческие пороки, с которыми мне нужно будет бороться впоследствии. Я не был в обиде, но и все же, он мог меня предупредить, чтобы я подготовился.

Понимал также, что если бы я проходил испытание один, то мне бы самому пришлось выкручиваться.

– Если бы я предупредил, то ты бы не стал бороться с ними, и не узнал бы, что они могут представлять собой, – словно прочитал мои мысли Нумлаха, хотя я знал, что мы можем читать чужие мысли, – Встреча с такими монстрами дает тебе возможность проходить сразу и обучение, и испытание, и посвящение.