На далёкой планете

В один ужасный миг он опрокинул машину набок, швырнув меня об стену. Затем поднял в воздух, с лязгом уронил, словно проверял на прочность и потом уже неустанно швырял и катал всё сильнее и сильнее. Я чувствовал себя словно в адской стиральной машине. Винты отлетали один за другим или ломались с жалобным металлическим звоном. Оторвался кусок наружной обшивки и шторм ворвался меж слоёв, наполнив кабину оглушительным рёвом. Я сильно ударился головой и уже ничего не соображал. Машина разваливалась. Крошечная жалкая рухлядь не могла соперничать с безумной неистовой стихией.

Это и есть моё «что-то большее»?..

Я чувствовал пронизывающие порывы ветра, снег резал кожу на лице, словно бритвенное лезвие. Меня кружило в воздухе, в ревущей темноте, изредка мимо пролетали куски металла, совсем недавно бывшие частями моего плота. Я пытался сгруппироваться, боясь, что они размозжат мне голову или проткнут насквозь. Но потом я даже перестал бояться, просто хотел, чтобы это поскорее закончилось, не важно, чем именно.

В момент очередного удара об лёд я почувствовал, что внезапно примёрз. Ветер рвал одежду, пытаясь оторвать меня ото льда, но я вмерзал всё глубже и глубже. Буря и океан боролись за меня, как два исполинских пса, не поделивших кусок мяса. Я и чувствовал себя скорее куском мяса, чем живым существом. Океан победил. Я думал, что сейчас задохнусь, но во льду образовалась киста, и теперь я лежал в этом пузыре, в безмолвном ледяном мраке. Океан сожрал меня, и теперь я у него в желудке. Внезапно рядом что-то шевельнулось.

Точнее – кто-то. Наверняка одна из глубоководных слепых тварей со скользкой белёсой кожей, каких Старик Улл поставлял на рынок… Но почему-то мне припомнились в первую очередь не они, а двухголовый ящер, демон Древнего Мира. Не удалось мне ускользнуть от него. Так вот как ощущается смерть…

Глава 9. Гостиница Снежный Тролль. Вельт, эра Позднего Льда

Я даже не сразу осознал, где нахожусь, когда проснулся: темно и тесно немного, зато тепло; накрыт толстым покрывалом.

Ну конечно – я же всё ещё в карете этой барышни в чёрном прикиде. Я на ощупь отодвинул кожаную шторку маленького бокового окошка и в салон ворвался луч яростного полуденного света. Как мило с её стороны дать мне выспаться! Граф, закоренелый жаворонок, непременно растолкал бы ни свет ни заря. Я проморгался и оглядел погруженное в полумрак помещение: пустая кушетка, из-под которой смутно виднелся небольшой чемодан, да куча смятого тряпья на полу.