Описание некоторых моих путешествий по России

Как только малыш увидел её, он перестал плакать и, указывая на эту женщину рукой, повеселел: «Вот моя мама!».

Женщина подошла к нам и взволнованно спросила: «Что случилось?». Я рассказал ей. Она взяла сына на руки, села на стул и посадила малыша себе на колени. Не обращая больше на меня внимания, она что-то говорила малышу и гладила его по головке. Речь женщины я не разобрал – язык, на котором, она говорила, был мне незнаком. Но я продолжал стоять рядом и рассматривал женщину. Ей было лет 30.

Невысокого роста, крепкая, с такими же чёрными волосами, как у сына, округлым лицом, с чуть выдающимися скулами и раскосыми глазами. Я тогда подумал, что, возможно, женщина – бурятка или хакаска. Она, закончив говорить с сыном, подняла на меня глаза, и как бы оправдываясь, сказала:

– Спасибо, что присмотрели за мальчиком. Он у меня ещё маленький… Я и отошла-то всего на минутку, чтобы сдать книги, которые мы брали для чтения, а там очередь, вот я и задержалась. Придётся сегодня уйти из библиотеки, а то он расстроился, и не отпустит больше меня.

Я учительница начальных классов, мы с сыном приехали к родственникам в город. Здесь очень хорошая библиотека – для работы хочу кое-что записать, но вот сегодня малыш расплакался – придётся уйти.

– А на каком языке вы говорили с сыном? – я не справился с любопытством.

– На эвенкийском, – ответила она. – Мы приехали из Ванавары.

Это слово для меня прозвучало как выстрел. Ванавара.

– Знаете, где это? – спросила женщина.

– Нет…

– А знаете, где упал Тунгусский метеорит?

– Да, – ответил я, – на Подкаменной Тунгуске.

– Вот он и упал в 80 километрах от посёлка, где мы живём. Это Ванавара.

И опять это слово пронзило меня.

Потом она собрала со стола листочки, книжки, взяла сына за руку, и они ушли.

Я вернулся за свой стол в читальном зале библиотеки. Я тоже кое-что выписывал из здешних книг по истории города Красноярска. Я сел за стол, но писать почему-то сразу расхотелось.

Ванавара, Ванавара… Это слово я вдруг стал повторять и повторять, и звучало оно, будто боевой клич: Ванавара! Ванавара! Почему-то мне сразу представились всадники Чингисхана, всадники индейцев, несущихся с боевым кличем: «Ванавара! Ванавара!».

Жаль, что я не спросил у той женщины – может, она знает, что значит слово Ванавара на эвенкийском языке. Работать в библиотеке уже не хотелось, и я вышел на улицу.