Хроники Линдора

Король меж тем давал последние распоряжения Жако. Ему так же протянул кожаный кошель. Тот ничего не спрашивая сунул его в карман и стал выслушивать указания.

– Изучи бумаги, все проверь, внимательно ко всему приглядывайся и прислушивайся, собери свою команду соглядатаев и если надо исполнителей, не мне тебя учить, заботься о мальчике.

– Ступай.

Жако с опаской переступил раму картины, и оказался на дороге перед каретой. Он протянул руку и дернул за ручку дверцу кареты та открылась. Жако по откинутой ступеньки залез во внутрь экипажа.

Внутри была целая комната с двумя диванами обитыми кожей на которых сидя могло расположиться человек восемь, но а двое могли расположиться со всеми удобствами улегшись на них в полный рост.

– Чего стоите крикнул король обращаясь к стражникам, берите этот сундук и грузите его в карету! – Да и сами полезайте вон туда он указал на зад кареты, который представлял собой, как бы её вторую часть – нечто вроде ландо, то – есть скамейку над которой была в качестве крыши натянута парусина.

Стражники кряхтя подняли тяжелый сундук и с усилием просунули его во внутрь кареты. Сундук разместившись между диванами, образовал собой нечто вроде столика, на который закрыв за собой дверцу, Жако положил сумку с документами.

– Вот ваши подъемные, король отдал последние кошели стражникам. Те поклонившись королю полезли на заднею часть кареты.

– Вперед ретивые! – крикнул кучер, и кони сами по себе тронулись таща карету, постепенно набирая скорость.

Мирн приподнялся взмахнул на прощанье рукой. Король не ответил, а лишь молча посмотрел вслед, потом повернулся и сказал.

– Лоб следуй за ним – теперь он твой хозяин, оберегай его. Невидимый зверь, прыгнул из комнаты на дорогу и в несколько прыжков догнал карету, взвился в верх приземлившись на ее крышу. Карета слегка качнулась под тяжестью зверя. Огромный кот поудобней разлегся на крыше, что он дурак бежать вслед за каретой если можно ехать.

Король все смотрел вслед удалявшейся карете, пока вместо неё не осталось в дали облачко пыли поднятой ею, потом взгляд его переменился и под его воздействием картина вновь стала обычной. Только теперь дорога тянущиеся среди полей была пустынной. Король взял горящею свечу из канделябра и поднес её к картине. Та вспыхнула и сгорела быстро без дыма, не оставив на стене ни следа ни копоти, ни сажи – теперь не в тот мир не из него не было пути.