Подумаешь, попал

Оглядев меня он покивал головой, ну да в пилотке, в простой хотя и новой гимнастерке, а что вы хотели, человек с фронта. Мы куда то ехали, я напомнил, что мне надо сделать перевязку. Лоб уже украшал небольшой пластырь, но ребра давали о себе знать, перелет дался мне нелегко.

Жесткие сиденья, брр. Лучше не вспоминать. Пока в госпитале мне, делали какой то бандаж, лейтенант ходил звонить. Вернулся он мрачный, вновь оглядел меня, сказали везти, какой есть, все остальное потом.

– Куда его? Возмутился врач, ему бы у нас недельки две отлежаться.

– С начало туда, а потом сюда, – промолвил лейтенант.

Федорчука оставили на месте, поскольку на его счет распоряжений, не каких не было,

так выписаны, командировочные и сопроводиловка и все.

Мы как не странно, поехали не в кремль. Нырнули под какую то арку, и притормозили.

Это был стадион, у нас проверили документы. Мы снова пошли.

Мимо трибун, повернули ко входу под лоджией, и уже пройдя по тоннелю, оказались у массивных дверей.

У нас снова проверили документы. Лейтенант остался, меня уже полковник провел по коридору, и опять за массивными дверями, мы оказались в большой комнате, обставленной очень подходящей, для высшего руководства мебелью.

Огромный стол, вдоль него с дюжину стульев. Он стоял перед картой утыканной флажками, с трубкой в руке. Обернулся затягиваясь и выпуская дымок. Потом, оторвав от губ трубку сказал.

– Здравствуйте товарищ Кропоткин. И тут же спросил. – Как вы думаете, мы победим?

– Несомненно товарищ Сталин.

Ответил я, как можно уверенным голосом.

– И я так тоже думаю, – товарищ Кропоткин. Сталин внимательно оглядел меня.

–Мне сказали, вы ранены?

– В основном контузия, и хорошо приложило грудную клетку, врачи опасаются, что возможно перелом ребер, но я думаю просто сильный ушиб, в госпитале сказали, недели через две буду как огурчик.

– Это хорошо, так значит придумка с танком, оправдала себя? Сталин хитро прищурился.

И я не знаю почему, решил соврать.

– Так точно товарищ Сталин, стрелял с удаленного расстояния, рвануло так что чуть не оглох.

Сталин улыбнулся. -Я был уверен в вас, товарищ Кропоткин и родина высоко оценила ваш подвиг, пленные немцы рассказывали, что при взрыве, у них погиб чуть ли не полк их самолетов.

– Возможно, мои подчиненные находившиеся на удалении видели, как несколько самолетов врага накрыло взрывом, – ответил я.

– Ну вот, а вы говорите возможно.