Подумаешь, попал. Книга 3

 – Но капитана Болотникова придется спрятать, впрочем для него это не впервой. – Подписан приказ о его задержании, но мы что не будь придумаем. Крапивин наконец то улыбнулся.

И разговор пошел о другом, точней о моем назначении. Оказывается, чтобы замять дело, с лейтенантом Тройшеным. Вячеславу Александровичу пришлось связаться с самим Берией. У того хватало власти, чтобы уладить дело, вот Лаврентий и просил передать мне кое что на словах. Часть этого я уже услышан. Короче от меня ждали, хоть каких то результатов, пока я буду на Волховском фронте, и если их не будет, то.

– Я стану козлом отпущения, мне припишут, все те неудачи, которые были последнее время там, – закончил я.

– Все верно подтвердил мою догадку Крапивин.

– Причем в этот раз тебе никто помогать не будет. На Мерецкова особенно не надейся, наоборот опасайся при нем сболтнуть, что не будь лишнего. Может слышал его посадили перед войной, ну в общем воздействовали жёстко, вот он и сдал так называемых своих подельников, тогда многих из его знакомых арестовали, и не все даже поняли за что.

– Ясно буду осторожен, – сказал я. – А сейчас пойдем выпьем, у одной прелестной барышни сегодня день рождение.

– Пошли, – согласился Крапивин.

Я все таки в ту ночь напился, и чуть не натворил, всяких глупостей, точней едва не раскрыл себя. Хотя подозреваю мои высказывания приняли бы за бред сумасшедшего, или точней, горького пьяницы которого посетила белочка.

Нет не надо было мешать вино с коньяком. Но Крапивин предпочитал именно коньяк и я, как старый друг не мог не поддержать его.

Снова был тост за именинницу, потом за победу. Мне все таки подсунули гитару. Я попробовал и у меня получилось, руки то помнят аккорды. Петь оказывается я тоже умел. Правда спел не любимую песню Женьки, её я не знал, зато знал другую.

– Призрачно все в этом мире бушующем.

– Есть только миг за него и держись.

– Есть только миг между прошлым и будущем.

– Именно он называется жизнь.

– Хорошая песня, почему я её раньше не слышала, – сказала Женька, положив мне свою руку на плечо.

Напротив сидящая Настя казалось, о чем то задумалась, но вдруг улыбнувшись попросила. – Спойте еще, что не будь Виталий Викторович.

И я ей не мог отказать, тем более, что припомнилась еще одна песня, которая когда то понравилась мне.

– Кавалергарды век не долог.

– И потому так сладок он.

– Труба трубит, откинут полог.

– И где то слышен сабель звон.

– Еще рокочет голос трубный.