Возвращение в Белоземицу

Во-первых, попадая в посторонние руки, безобидный текст превращается в по настоящему роковой, достоверно известно о пяти случаях гибели людей, которые становились обладателями невзрачной тетрадки с названием «Ритуал». Я не знаю, что произойдёт, если попытаться, например, напечатать текст в газете, вполне возможно, что, например, сердечный приступ не даст мне этого сделать.

При этих словах, Сашка хмыкнул, но комментировать не стал, слушая дальше.

Во-вторых, в нашей семье рождаются только мальчики.

В спальне моих родителей, висит генеалогическое древо нашего рода, одиннадцать поколений – неплохая статистика. Конечно же, всех отследить не удалось, есть обрывающиеся линии, люди пропадали без вести или погибали на войне, возможно оставив потомство неизвестное нам, но тем не менее, можно выявить третий факт.

– Такие случаи бывают, – говорит Сашка. – Редко конечно, но есть семьи, где на протяжении нескольких поколений, рождаются только мальчики.

В-третьих, численность родившихся в каждом поколении, имеет предел.

Семь-восемь мальчиков – это максимум которого мы достигали, меньше – бывает, больше нет.

– А это вообще, надуманное, – смеётся Сашка. – Обычное совпадение, тем более, что ты сам говорил: отследить все ветви своего рода вы не смогли.

– В этом, я с тобой, пожалуй, соглашусь, – киваю я. – Есть ещё некоторые признаки, но их к сожалению, я открыть уже не могу, они указаны в тетради.

– Роковой тетради! – Сашка важно поднимает указательный палец, и тут же машет рукой: – ну ладно-ладно, без обид, Дим, но пока это сказка, которая детским садом попахивает.

И что будет если его пройти, этот твой ритуал?

– А никто не проходил. Ты не знаешь, там действительно всё выглядит очень серьёзно, плюс каждое поколение своим детям вдалбливает: это всё будет по-настоящему. И подготовка долгая очень, и крайний срок – двадцать три года, потом становится поздно. Не знаю, почему такая планка, хотя, там вообще много всяких ограничений и правил.

– И ты хочешь сказать, что за десять, или сколько там поколений никто ни разу его не прошёл?

– Кто-то проходил. Есть заметки, рекомендации… Но кто и когда это сделал – неизвестно. Эта тетрадочка переписывается в том виде, в каком попала ко мне, уже очень давно.

– Зная тебя, могу предположить, что ты решил это сделать. Угадал?

– Я уже начал прохождение ритуала, – говорю я негромко.