Следуй за белой совой. Слушай своё сердце

А это что-нибудь да значит, так сеньорита? Вы-то, наверное, лучше нас осведомлены о той войне?

Теперь улыбнулась я и ощутила на себя чей-то взгляд, будто бы скользнувший по мне из глубины зала. По коже пробежала легкая, едва уловимая дрожь.

Вспомнив недавний разговор, я невпопад спросила:

– А сколько у вас детей?

– Пятеро. Старшему 15, а младшему в прошлом январе исполнился год. Трое дочерей и два сына, – с искренней и наивной гордостью похвастался Рамон.

– Это хорошо, – машинально сказала я, почему-то ощутив странный приступ тревоги – мне казалось, что за мной кто-то наблюдает.

 – Хорошо, что у вас сыновья – они понесут дальше такую красивую фамилию…

– Они станут мужчинами и смогут заботиться о своих трех сестрах и о женах – и этого мне достаточно. А фамилия, да бог с ней, – усмехнулся красивый потомок конкистадоров и, затянувшись, выпустил несколько белых колечек дыма.

В то мгновение я уже вторично почувствовала на себе чей-то взгляд и обернулась.

Закатный блеск полыхнул в его темных глазах.

И было в этом блеске что-то до боли неотвратимое. Как то, что солнце каждый вечер погружается за океан, а утром неизменно всплывает на поверхность. В голове мучительно кувыркались строки Есенина:

Все мы, все мы в этом мире тленны,

Тихо льется с кленов листьев медь…

Будь же ты вовек благословенно,

Что пришло процвесть и умереть.

…Чтоб процвесть…

Мне стало душно, я попрощалась с Рамоном и вышла из бара. Спиной я почувствовала, что мой негласный визави поднялся вслед за мной.

Luna blanca y luna negra[13 - Luna blanca y luna negra – белая и черная луна.]

На пляже не было ни души. Уже вышла луна, и всё казалось ненастоящим и сонным.

Он повернул голову к заходящему на другом конце неба солнцу, и я поразилась тому, как изменилось его лицо в этом вечернем терпком, словно оранжевый ром, свете.

В тот миг я подумала: «Почему этот красивый молодой человек посвятил себя Богу?»

– Святой отец? – окликнула я его.

– Наш отец там, – ответил он, поднимая взор к темнеющему небу. – Я еще не священник.

– А я бы не хотела исповедоваться у такого священника, как вы, – с дерзкой улыбкой проговорила я, окидывая его взглядом явно не смиренной прихожанки.

Он почувствовал мою игру и, глядя на море, прошептал, но прошептал так, чтобы я услышала его слова:

– Здесь явно не хватает парочки языческих жрецов!

– Вы еретик? – рассмеялась я.