Неизбежность друг друга

Люди толпились у шатров, где наливали сваренное ви?но, а на открытых углях готовили трдло – излюбленное чешское лакомство из дрожжевого теста, посыпанное сахаром.

Алберт сидел в кабинете своего офиса, из окон которого были видны острые темные шпили собора Святого Витта, разбирал принесенные секретарем бумаги и думал о текущем положении дел. Первый раз в жизни Алберт не понимал, в правильном ли направлении он движется, первый раз в жизни он не мог объяснить логику своих поступков.

И мыслей.

Телефон разрывался от звонков и сообщений с приглашениями на ежегодные рождественские обеды, ужины, встречи и вечера. А Алберт не отвечал никому и ловил себя на мысли, что у него совершенно нет желания посещать все эти мероприятия, а главное видеть всех этих людей. Модели, фотографы, рекламщики, пиарщики всех мастей, новые контракты и знакомства, конкуренты… с каждым из которых нужно держать марку. Быть идеальным.

«Что это, – думал Алберт, снова и снова пытаясь найти ответ внутри себя, – может, я просто устал, и нужно бросить все, уехать куда-то на пару недель и ни о чем не думать?».

Нет, тут было что-то еще, и Алберт не мог отрицать этого, как бы ни хотел. Невольно его мысли вновь и вновь возвращались к Полине. Уже недели три она была полностью поглощена своим романом, который они с Албертом запланировали издать к весне, и бывали дни, когда они даже не виделись, не то что не разговаривали.

Полина временно прекратила писать для рубрики в журнале и за весь декабрь появилась всего на паре мероприятий. В то время как Алберту напротив приходилось ежедневно бывать то тут, то там.

До Рождества оставались считанные дни, а Алберт вместо обычного воодушевления и предвкушения всей этой предпраздничной суеты чувствовал одно лишь раздражение и какое-то новое для себя, засевшее где-то под сердцем щемящее беспокойство, которое пока не мог идентифицировать.

Пока он понимал только одно – связано оно было с ней…

Алберт был удачлив, но удачлив в силу своего характера, приобретенных навыков и убежденности в своей удаче. «Везет сильнейшим», – любил повторять он и был прав.

К тридцати годам Алберт привык к течению своей жизни в подобном ритме. За целью он ставил цель и со временем научился предугадывать, что готовит ему завтрашний день.