Царица Египта

 – Помпей поднял кубок с вином и выпил до дна вместе с Авлом Габинием. Затем сказа:

– Вот сын мой, Помпей, написал Клеопатре, прошу, возьми это письмо, передай ей. – С этими словами Гней протянул папирус Авлу свернутый в трубочку и перевязанный розовой ниткой. Авл принял послание от сына Помпея Клеопатре и сунул в кожаную сумку, что висела у него на шлее через плечо, с которой он не расставался даже за столом.

Утром следующего дня, Габиний в сопровождении трех римских всадников, выделенных Гнеем Помпеем для личной охраны, отправился с виллы Помпея, что на Альбанских высотах, в Неаполь…

Порт Эфеса в те времена представлял собою вымощенную камнем набережную, к которой могли подходить прибывающие суда.

В это предутреннее рассветное время, когда солнце еще не успело взойти, а тьма уже развеялась, и вдалеке линия горизонта еще была скрыта светлеющим небом, так похожим на водную гладь моря, что отличить небосвод от морской глади невозможно, над тишиной еще спящего города раздавалось пение флейты. Тягучая и грустная мелодия разносилась над мачтами мерно качающихся кораблей у причала порта и над морем, словно звала кого-то ушедшего в далекое плавание.

– Снова воет флейта. – Сказал лежащий на пирсе раб, своему товарищу. Он держал руки за головой и смотрел в небо, прикидывая, какая будет днем погода. Второй его сосед, еще спал на боку, затем спросил сонно:

– Что, Антей, пора вставать? – затем, повернулся к товарищу бородатым лицом и сказал, – Неудобно спать на камнях. А этот жрец фараон из храма Артемиды опять тянет свою заунывную мелодию.

– Не зря ему дали прозвище Авлет (Флейтист). Говорят, что других занятий у него не было кроме игры на флейте, да развлечений. – Ответил Антей.

– Ну, знаешь, друг, мы тоже с тобой ничем не могли заниматься, как подрядились на пиратский корабль, кроме грабежей этих мирных и жирных богачей, что везли морем товары.

– Да, бывали времена. – Со вздохом протянул Антей. – И спали мы не на камнях, а вон там, – он кивнул в сторону полуразрушенной пиратской крепости, – когда делили добычу.

– Да, были деньки. – Второй тоже протянул тяжкий вздох, так, что Антей сочувственно взглянул в его сторону, добавив:

– Мы не смогли укрыться в подземелье тогда от римлян, вот и остались живы.

– Да, всех тогда завалило, страшный грохот с огнем был. Ты говорил Антей, что это китайцы продали “плевок дракона" римлянам и они уничтожили крепость огнем.

– Это называется по-китайски “живой огонь", или порох.