Клеопатра и Цезарь

Клеопатра вдруг непроизвольно улыбнулась, приветливо и ласково смотрела на мужественное загорелое лицо Цезаря. Он осторожно и нежно, как хрупкое драгоценное изваяние, привлек ее к себе затем медленно прикоснулся и поцеловал в губы длинным горячим и страстным поцелуем, ощущая ее податливость и желание любить. Клеопатра неожиданно отстранилась от Цезаря, силой воли приказала себе не поддаваться влиянию мужских чар. Цезарь, отступил немного, подал царице руку. Клеопатра вложила свою ладонь правой руки в твердую и мозолистую его длань.

– О! Прекрасная царица волшебного дворца, ты ведь не зря возникла передо мной, и желаешь что-то сказать мне? – он смотрел на покрасневшую от смущения Клеопатру, ожидая ответа.

– Мне нужно поговорить с тобой Цезарь, и решить судьбу моего царства, раздираемого предстоящей гражданской войной, поэтому я здесь перед тобою.

– Ты явилась к ужину, поэтому прошу к столу, за столом легче будет говорить и договариваться. – Цезарь галантно, не отпуская руки Клеопатры, подвел ее к столу и усадил напротив себя.

Дворцовые слуги издали наблюдали за сценой встречи Клеопатры и Цезаря, и следи слуг, царица увидела старшую служанку, которая ведала дворцовой труппой актрис театра собравших ее отцом Птолемеем XII. Царица жестом подозвала к столу Мартисию. Актриса быстро подошла к столу Цезаря и Клеопатры.

– Слушаю тебя, о возлюбленная богами Египта, приказывай? – склонив в поклоне голову Мартисия стала ждать, что скажет царица.

– Принеси мне лиру, я хочу развлечь нашего гостя, прославленного полководца Рима.

Актрису долго не пришлось ожидать, лира появилась в руках Клеопатры и мелодия наполнила зал столовой, отдаваясь эхом в пространстве, формируя чарующее звучание, подкрепленное пением Клеопатры. Царица пела песню прославляющую природу Нила, его просторы, течение и разливы в жаркие летние дни, когда талые воды с горных ледников наполняли его, вынося плодородный ил на рисовые поля, оливковые и цитрусовые сады, орошая финиковые плантации, давая богатые урожаи египтянам, работающим на таких щедрых дарах египетской природы.

Тембр голоса царицы, подкрепленный чарующими нотами лиры, проникал приятным вокалом в подсознание Цезаря возбуждая в нем потаенные страсти и желания овладеть этим божеством совершенным созданием красоты и умением зажечь и возбудить в закаленном полководце, прошедшем горнило не мыслимых испытаний, чудесным образом возвращая его в мир юной и желанной юности, освежая запрятанные и полузабытые чувства.